И снова Рагнар остался рядом, и он помогает, когда мне особенно тяжело. Зыбучий песок достаточно тяжёл, но есть ещё и скатывающиеся дюны. Кажется, я всегда иду в гору. Серьезно, здесь не бывает спуска вниз? Вытирая пот с глаз, я достаю бутылку с водой и делаю небольшой глоток.
Я стараюсь быть осторожной с водой, потому что не знаю, когда мы отыщем ещё. В горле у меня так пересохло, что больно дышать. Моё тело ноет, чтобы я выпила всю бутылку и нашла ещё, но я не могу сдаться. У меня болит голова, и я знаю, что боль будет расти, пока не станет ослепляющей.
Возобновив путь, я понимаю, как всё болит. Солнца высоко над головой, палят с неослабевающей энергией, накаливают песок и меня. Путешествие в духовке не могло бы стать более неприятным, чем это.
Рагнар берёт меня за руку и поднимает, помогая мне высвободить ноги и продвинуть их вперёд.
Ему так легко! Он настолько большой, что можно было бы подумать, что такое место ужасно для него, но он расправляет крылья и скользит по песку, как будто его нет. Он является воплощением эволюционной теории, идеально адаптирующегося существа к окружающей среде.
Поднявшись на очередную дюну, я прикрываю глаза, чтобы увидеть, насколько далеко я отстала. Рагнар тоже останавливается. Недалеко впереди находится большой скальный выступ, отбрасывающий длинную тень на песок. Будет приятно зайти туда, когда мы доберёмся до него. Остальная часть группы уже там. Блин, я так сильно отстала! Вздохнув, я выпрямляюсь, поправляю рюкзак и смотрю вперёд.
— Что это за штука? — спрашиваю я, указывая вдаль.
Оно выглядит, как красно-коричневая стена, пересекающая горизонт, насколько хватает глаз.
Рагнар наблюдал за мной, но когда я указала туда, он повернулся и посмотрел туда. Он что-то кричит, чёрт возьми, я бы хотела что-то погасить, а затем всё приходит в движение. Меня сбивают с ног, и я оказываюсь в его объятиях, и мы несёмся через пустыню к большим скальным камням. Обхватив его руками за шею, я держусь изо всех сил, буквально.
Он движется так быстро, что я подпрыгиваю в его руках, как тряпичная кукла. Моё сердце колотится, но под ложечкой всё ещё дрожит холодный ледяной комок. Меня сильно подбрасывает, я прикусываю язык и кричу от боли.
Рагнар смотрит вниз с беспокойством в глазах, но не замедляет шаг.
Ну, может быть, это было не беспокойство? Как вообще выглядит беспокойство на лице инопланетного человека-дракона? Смаргивая слёзы, я пытаюсь оглянуться через плечо и увидеть ту тёмную стену. Она приблизилась намного ближе, и когда я оглядываюсь, мы не очень быстро добираемся до остальных. Мы не догоним их, пока эта стена не дойдёт до нас первой.
— Дерьмо, — говорю я, когда песок у наших начал расползаться от ветра.
Глава 6
Порывы ветра настолько сильные, что меня отбрасывает в сторону. Песок бьёт по моей коже, как стекло. Он царапает мою чешую, и ослепляет, попадая мне в глаза. Я опускаю защитные веки, возвращая своё зрение. Оливия крепко прижимается, держась обеими руками за мою шею.
Налетел ещё один порыв ветра, на этот раз такой сильный, что закрутил нас по кругу. Ветер приносит песок, а затем порывы ветра усиливаются. Он свистит над землей, с кромсающей силой сбивая всё на своём пути. Буря ограничивает моё зрение до нескольких футов, даже с защитными веками.
Оливия что-то кричит, её слова звучат резко, и я предполагаю, что это проклятия. Понимаю. Всё плохо. Мы не доберёмся до остальных. Буря надвигается.
Меняю направление, бегу прямо навстречу ветру. Сила бури отталкивает меня назад, я сопротивляюсь ей, упираясь ногами, и сражаясь за каждый шаг, в то время как меня толкало назад. Наклонившись навстречу буре, я продвигаюсь вперёд, но медленно, слишком медленно. Моя шея и плечи сгибаются, когда я протолкиваюсь дальше.
Я плотно сжимаю крылья, когда ветер пытается их подхватить и заставить раскрыться. Песок режет меня, разрывая нашу одежду. По всей открытой коже Оливии появились небольшие порезы, отсутствие чешуи делает её беззащитной. Я должен доставить её в безопасное место.
До моих ушей доносятся далёкие крики. Я тоже кричу, но порыв ветра уносит звук моего голоса. Песчаная буря ослепляет. Если я не найду для нас укрытия, Оливия может не выжить.
Мои сердца застучали сильнее. Адреналин подогрел мою ярость. Биджас врывается в сознание, пытаясь перехватить контроль над моим разумом. Я не могу этого допустить.
Крики боли Оливии доносятся до моих ушей сквозь шум ураганного ветра. Влага струится из её плотно закрытых глаз. Она поворачивается и зарывается лицом мне в грудь в поисках защиты.
Впереди видно выступ скалы. Безопасность, убежище, я должен добраться до него.
Я понимаю, это опасно, но я должен защитить её. Ветер дует сильно, но я раскрываю крылья. Их резко подхватывает порыв ветра, напрягая мои мышцы. Ужасная боль.
Не обращая внимания на боль, я заставляю крылья нести нас вперёд. Такое ощущение, будто мышцы рвутся, когда я двигаю своими крыльями.
Меня отталкивают назад. Скольжу по песку, мои пятки впиваются глубже. Наконец они окружили Оливию, защищая её от самого сильного порыва ветра бури.
