- Как ты ходишь чудно, - подивился он. - У нас так девушки не ходят. В деревне. Не замечал. Но это… это красиво… почему-то красивым тоже кажется. Всё в тебе красиво, Лала, даже походка.
- Так ходят, когда кавалера завлекают. Это подчёркивает женственность, - объяснила Лала с довольным личиком.
- Меня бы ты так точно завлекла, - промолвил он вполне серьёзно. - Ходи почаще.
- Тебя, Рун, завлечь несложно, - ответствовала Лала ласково. - Ты простодушный. С тобой хорошо. С тобой любая фея могла бы быть.
- Могла б любая, а не будет ни одной, - посетовал он. - Ты расскажи там другим феям, когда вернёшься, какой я хороший. Причём на удивленье не женат ещё. При столь значительных достоинствах. Глядишь, какая-нибудь и надумает за меня выйти.
- Вот уж нетушки, - весело посмотрела на него Лала. - Ты только мой.
- Ну вот. И сам не ам, и другим не дам, да? - деланно укорил её Рун. - Ну и фея.
- Тебе, Рун, другие феи не подойдут, - заметила Лала шутливо.
- Это почему же?
- Ты сильно любишь… обниматься. Только я такая, кому это настолько надо.
- Ну да, - признал он с улыбкой.
Лала прошлась около него ещё раз, с удовольствием глядя, как он ей любуется. Сделала пред ним игривый реверанс, чуть приподняв пальчиками юбки.
- Между прочим, мой дорогой, в короткой юбочке походка девичья гораздо боле впечатленье производит на мужчин, чтоб ты знал, - сообщила она невинно.
- Надеюсь, ты покажешь мне, - высказал пожелание Рун.
- Если заслужишь, - усмехнулась Лала.
- И как же?
- Нежностью объятий.
- Если заслужишь, может и обниму, - проронил он.
Лала разулыбалась.
- Да ты первый побежишь ко мне обниматься, мой заинька, - заметила она не без юмора.
- Может и так, - кивнул Рун добродушно.
Лала прошлась ещё.
- Тяжёлое такое платьице. По сравнению с моим, - проговорила она. - Я бы наварное не смогла в нём летать, даже будь в нём прорези для крылышек. И ощущения все другие у тела. От ткани, от того, как облегает. Но в нём приятно. Особенно, когда есть кавалер, кто смотрит с восхищением. Как ты. А то что крылышек не видать, как это для тебя, Рун? Как я без крылышек выгляжу? Всё равно красиво?
- Лала, тебе крылья очень идут, - отозвался Рун искренним тоном. - Но они тоже как и платье. Лишь подчёркивают твою красоту. Ты и без них прекрасна. Загляденье. Ты без них другая. Как человек почти. Если б была чуть некрасивей, сошла б за девушку нашу. Но не сойдёшь. Любой, кто взглянет, сейчас же скажет: “либо фея, либо богиня”.
Лала фыркнула со смеху, довольная:
- Смотри, какой ты стал галантный у меня, Рун. Столько приятных комплиментов. Спасибо, славный мой.
- Я теперь вон какой! У правителей по гостям хаживаю! - похвалился Рун с шуточной самоироничной гордыней. - Считай, почти что знатный кавалер.
Лалин звенящий колокольчиком смех снова разнёсся по коридору.
- Рун, а ты хочешь ещё меня увидеть в других платьях? - поинтересовалась она. - У барышень их много. Очень хочется ещё примерить. Но совестно тебя заставлять тут томиться одному, мой хороший.
Она смотрела на него просяще, и виновато, и ласково, и с надеждой, и с блеском воодушевления в глазах от возможности узнать себя в других нарядах чужеземных. Рун улыбнулся.
- Мне тоже очень хочется увидеть тебя и в другом, невеста моя любимая, - признался он. - Я не один, ты же рядом совсем, тут за дверью. Я буду ждать сколько надо, хоть целый день. Но только в каждом платье покажись мне, ладно?
- Конечно! - восторженно просияла она. - Спасибо, мой добрый рыцарь. Я тебя как-нибудь вознагражу вечером за это.
- И как же? - весело полюбопытствовал он. - Жертвами?
В его голосе звучала невинная уверенность в правоте своего предположения. Лала покраснела.
- Нет, как-нибудь иначе, - мягко и чуть иронично ответила она. - Похожу ножками. Если захочешь.
- Пойдёт, - согласился он.
Лала вдруг поглядела на него немного с тоской и вздохнула.
- Ой, как хочется в объятья, - произнесла она тихо.
- Терпи, любимая, - приободрил её Рун.
- Я потерплю, - проговорила она. - Зато вечером… О, как это будет! Волшебно! Когда так хочется. Прям трепет и волнение внутри. И предвкушенье счастья бесконечного.
- А вышла б замуж, всегда так могло бы быть, - поведал Рун с юмором. - Не понимаешь, какого жениха теряешь.
- Что делать, глупенькие феи. Не всё дано нам понимать, - посетовала Лала с шутливым сожалением.
Послышались шаги, голоса. Рун с Лалой замолчали, обернувшись. Появился барон в сопровождении старших сыновей. Не было только младшего, Ландомгнопа. Облик Лалы произвёл на барона и Саатпиена большое впечатление, в их глазах застыл удивлённый восторг. Ещё два благодарных зрителя нашлось у неё.
- Сражён! - покачала головой барон восхищённо. - Лежу у ног, убитый красотою невиданной доселе, неземной. Бальзам для глаз, божественное чудо, гимн совершенству девичьей красы. Нет слов чтоб выразить, нет од достойных, чтобы воспеть в стихах. Сражён. Погиб. Разбито на осколки сердце. Но рад, что выпало мне счастие узреть. Такое восхитительное диво. Божественны! Я потрясён!
