Они созданы, а не рождены. Они обучены, а не воспитаны.Их учили убивать, и теперь они используют свою подготовку, чтобы обеспечить себе свободу.Они — Породы. Генетически измененные с помощью ДНК хищников. Волк, лев, пума, бенгальский тигр — убийцы со всего мира. Они должны были стать оружием в руках фанатиков, стремящихся иметь свою собственную армию.Пока мир не узнал об их существовании. Пока Совет не потерял контроль над собственными творениями, и их создания изменили мир.Теперь они свободны. Объединяются, создавая свои общины, собственное общество, и контролируя свою безопасность, и борются, чтобы сохранить секрет, который может все разрушить.Секрет о спаривании. Химическая, биологическая, эмоциональная реакция одного из Пород на мужчину или женщину, предназначенного им навсегда. Реакция, которая связывает физически. Реакция, которая изменяет больше, чем просто физические реакции и усиливает чувственность. Природа сделала спаривание «ахиллесовой пятой» Пород. Это их сила, и их слабость. И мать-природа еще не закончила играть.Человек попытался экспериментировать с ее созданиями. Теперь природа покажет человеку, как именно она может их усовершенствовать.Убийцы станут любовниками, адвокатами, государственными деятелями и героями. Из всего этого, связи с парой и проявлением любви, создадут целую династию.Натали Риччи нанята для обучения детей Пород. Она не знала, что к работе идет бонусом слишком сексуальный, слишком раздражающий телохранитель Пород — Сабан Бруссард. Каджун слишком горячий, чтобы держаться в стороне, поцелуи мужчины переполняют ее чувствами, она влюбляется в мужчину, когда понимает, какой он на самом деле. (Прим. пер.:Каджун— житель южных районов штата Луизиана, потомок французов, некогда насильственно переселенных сюда из Канады).
Натали Риччи уставилась на высокую, внушительную фигуру, стоящую на пороге ее дома, и напомнила себе, что нужно дышать. Женщина, упавшая в обморок из-за загадочного, высокомерного, исключительно красивого мужчины, заслуживала того, что случилось бы с ней, пока она была бы без сознания. И что бы этот мужчина ни сделал, она хотела бы очнуться.
— Чем я могу вам помочь? — Натали откинула назад темную челку, которая оказалась у нее на лбу, и попыталась сдержать нервную дрожь, что завязалось узлом в ее животе. Высокий, смуглый и красивый, хорош, очень хорош, но этот блеск сильной мужской уверенности в его глазах предупредил ее, что мужчина слишком хорош для любой женщины, чтобы когда-либо комфортно себя чувствовать.
— Натали Риччи?
Даже его голос вызвал дрожь.
Заметного акцента не было, ноНатали довольно хороша в определении акцентов. Его голос хорошо поставлен, идеально звучит окутывая ее чувства, словно черный бархат.
Черные волосы, густые и блестящие, откинуты назад и связаны на затылке. Лицо падшего ангела спокойно, почти без эмоций, но эти глаза, глаза как изумруды, сверкали умом, чувственностью и искрой первобытной силы из-за его загорелого лица.
В этих глазах такжебыла тень. Скрытая боль, которую ее, женская, заботливая сторона, хотела бы игнорировать, но жаждала облегчить.
Темные джинсы, плотно облегающие мускулистые бедра, и темно-синяя рубашка из шамбре(прим. пер.:шамбре — ткань, похожая наденим, но куда легче итоньше), обтягивающая его мощную грудь. И ботинки. Поношенные, потертые и абсолютно мужские ботинки.
— Меня зовут Натали Риччи, — женщина прочистила горло, чтобы ответить ему; она должна была напрячь живот, чтобы остановить маленькие импульсы желания, которые атаковали ее лоно.
Фух, если когда-нибудь и появится мужчина, который сокрушит ее твердое самообладание, Наталиготова поспорить, что это будет этот мужчина. Она понятия не имела, что он делал у нее на пороге, но, если он что-то продает, она уверена, что готова купить все. Несмотря на пустой банковский счет.
Очень плохо. Она отреклась от мужчин. Пока не придумает, как играть в эту игру, как защитить свое сердце и свою независимость, мужчины ее не интересуют.
Как бы соблазнительно и сексуально не выглядел этот мужчина, она чувствовала, что он будет таким же властным, контролирующим и высокомерным, как и любой мужчина. Наверное, даже еще больше. Определенно больше, чем ее бывший муж, чьи порывы контроля разрушили их брак.
— Чем я могу вам помочь? — спросила она еще раз, жалея, что не надела что-нибудь, кроме старых выцветших джинсов и слишком большой, забрызганной краской футболки брата.
Он медленно вдохнул, как будто уловил запах чего-то, что его заинтриговало.
— Мисс Риччи, меня зовут Сабан Бруссард, я представитель Совета Пород. Я здесь, чтобы обсудить ваше заявление на преподавание в Буффало-Гэп, — он вытащил тонкое удостоверение из кармана джинсов и раскрыл его. Значок правоохранительных органов Пород, его звание, и соответствующая информация, все было написано.
Женщина застыла в шоке. Шок, от звучания его имени, или того, как он произнес свое имя, Сабан, мягкая с, растянутаяa и бан в конце. Но то, что привлекло ее, и заставило чувства Натали полностью сосредоточиться — легкий намек на каджунский акцент в его голосе, хотя женщина была уверенна, что акцент еле заметен.
Если он — каджун, она просто потерялась. Если и есть какой-то более сексуальный акцент, то она не могла думать об этом в данный момент.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться, сосредоточиться на том, кто такой мужчина и откуда. Когда Натали это сделала, ее глаза расширились от шока.
— Я получила эту должность?
Она отчаянно хотела эту должность, что заставило ее дрожать, когда женщина заполнила заявление около года назад. Она знала, ее предупреждали, что тысячи и тысячи претендентов стоят в очереди на место преподавателя в маленьком городке неподалеку от штаб-квартиры Пород в Святилище.
Натали воспользовалась случаем, заполнила заявление и отправила его, молясь. Она молилась месяцами, и когда ничего не вышло, она вернулась к своей обычной жизни и попыталась придумать другой план.
— Мы можем поговорить внутри, мисс Риччи? — Сабан Бруссард повернул голову, посмотрел вдоль обсаженной деревьями улицы и поднял брови, смотря на жителей, которым удалось найти ту или иную причину, чтобы выйти на веранду или поработать на газоне. Нужно просто впустить его и покончить с этим.
Женщина прикусила губу, зная, какие пойдут разговоры.
— Входите, — она отошла в сторону, держа дверь открытой и позволяя ему войти в дом.
Он пах запахом гор, дикий и необузданный, темный и опасный.
— Спасибо, — Сабан кивнул, когда она вошла в маленькую кухню рядом с гостиной.
Натали упаковывала свои вещи, гостиная почти пуста и забита коробками, а не мебелью.
