— На миллион баксов. — Бутч хлопнул его по плечу. — А сейчас катись отсюда, чтобы я тоже смог одеться. Этот мизантроп остается дома, потому что слишком хорош для подобного дерьма, но мы с тобой отлично проведем время.
Проворчав, Ви слез с кровати.
— А если нет, то позвони мне. Я всегда за хорошую потасовку и страсть как люблю лупить симпатичных мальчиков.
— Просто ты завидуешь, ведь у тебя нет смокинга.
Остановившись у порога, Вишес оглянулся на Крэйга. Кивнув один раз, он сказал:
— Засранец прав. Ты отлично выглядишь. Она будет гордиться тем, что ты поведешь ее под руку. Не позволяй толпе кретинов такого удовольствия — не допускай даже мысли, что ты второго сорта. Она могла выбрать любого на всем свете и выбрала тебя. И еще, никому не протягивай руку первым. Иначе дашь возможность унизить тебя. Пусть они здороваются с тобой, и никак иначе, понял?
— Спасибо, — хрипло произнес Крэйг.
Кивнув, Ви направился дальше по пустому коридору со словами:
— А я пойду, наваляю Лэсситеру. Потом, может, зарубимся с ним в пул.
— Повеселись, дорогая, — крикнул Бутч ему вслед. А затем сосредоточился на отражении Крэйга в зеркале. — Я доведу тебя до туннеля. Жди меня в гараже. Я отвезу тебя.
— Хорошо. Эй… спасибо.
Боже, звучало чертовски жалко.
Бутч улыбнулся, продемонстрировав слегка щербатый передний зуб.
— Я тоже женат. И знаю, каково это — быть с женщиной, которая…
В этот момент из второй спальни появилась Марисса, и…
Крэйг отпрянул. Платье… бриллианты… платье…
Женщина буквально сияла с головы до пят, являя собой ослепительное сочетание красоты и элегантности в облегающем платье.
Док Джейн выскочила в коридор.
— Ну! Как вам? А? Как вам?
Крэйг посмотрел через плечо на Бутча… который застыл на месте, словно бык, мужчина выглядел так, будто лицезрел второе прибытие Дражайшей Девы-Летописецы.
— Проваливай отсюда, малыш, — охрипшим голосом произнес Бутч. —
***
Улыбнувшись Крэйгу и отметив, что он потрясающе выглядит, Марисса поразилась тому, насколько обнаженной можно чувствовать себя, будучи полностью одетой.
Хотя, учитывая взгляд Бутча, Марисса не сомневалась, о чем он сейчас думал.
— Давай Крэйг, я провожу тебя в туннель, — сказала Док Джейн. — А вы двое веселитесь.
— Кыш, кыш, — пробормотал Бутч жене Ви. — Прежде чем увидишь больше, чем хотела бы.
Когда все вышли, и дверь в туннель захлопнулась со щелчком, Марисса медленно покружилась перед супругом.
— Нравится?
В ответ Бутч рухнул на колени. То есть на самом деле… с такой силой хлопнулся вниз, что, судя по треску, сломал себе либо колени, либо проломил пол.
Подхватив подол платья от Рима Акра[85], Марисса поспешила к нему.
— Ты в порядке…
Бутч схватил ее за плечи, его ореховый взгляд блуждал по ее лицу.
— Я хочу поцеловать тебя, но боюсь испортить макияж.
— Тогда поцелуй меня аккуратно.
Так он и сделал, нежно мазнув губами по ее губам.
— Марисса, у меня перехватывает дыхание от тебя. От тебя дыхание перехватит у всех.
Она пригладила его волосы.
— Скоро узнаем.
— Да, узнаем.
Марисса помрачнела.
— Хэйверса сегодня не будет, что странно. Именно он поставил меня во главе сегодняшнего события.
— Может, так он пытается протянуть тебе оливковую ветвь. Позволив тебе сиять, не осложняя жизнь сплетнями.
— Да. — Марисса вспомнила, как брат стоял рядом с телом убитой женщины. — Проще, конечно, обвинять его во всех грехах.
— Если ты можешь простить Хэйверса… что ж, я никогда не забуду того, что он сделал с тобой, но обещаю не убивать при первой встрече. Как тебе такое?
Марисса рассмеялась.
— Идет. И я не знаю. Поживем — увидим.
— Могу хоть сейчас предсказать, что тебя ждет, — прикрыв глаза, протянул Бутч.
— И что же это?
Поднимаясь, ее супруг обхватил ее талию своими горячими руками. Наклонившись, он прошептал:
— Именно я помогу тебе выбраться из этого платья.
Рассмеявшись, Марисса обхватила руками его шею, прижимаясь к его телу.
— Означает ли это, что к концу ночи я смогу снять с тебя штаны?
— О, Боже… — простонал Бутч. — Дааааааааааааааааааааааа…
Спускаясь по парадной лестнице своего дома, Пэрадайз придерживала юбку струящегося бледно-голубого платья. По дороге она размышляла о той ночи недельной давности, когда обнаружила Энслэма, ждущего ее внизу, на мраморном полу, будто ничего не случилось, ничего плохого, ничего пугающего.
На долю секунды ее мысленные провода переплелись, и порция адреналина выплеснулась в кровь.
Док Джейн оказалась права: сотрясение прошло, синяки исчезли, однако разум подвергся пермаментной перепрошивке. Но она не позволит условной панической реакции взять над собой верх. В этом ей помогает Мэри.
Когда Пэрадайз шагнула с последней ступеньки, из библиотеки появился ее отец.
— О… Пэрадайз.
Склонив голову, она присела в реверансе.
— Отец.
— Ты так похожа на свою мать.
Он протянул руки, и Пэрадайз подошла к нему.
— Это самый лучший комплимент.
— Что ж, это правда. — Покружив ее, Абалон улыбнулся. — И у меня есть кое-что для тебя.
— Да?
— Пойдем.
