Мысли о переезде из дома Марата даже не мелькали в моей голове, потому что он не только для меня стал старшим братом. Иногда казалось, что Егор воспринимает Марата, как своего родного отца. Мне это не то, чтобы не нравилось, а просто настораживало. Не потому, что Марат его не любил, наоборот, очень любил, но на звание отца никак не претендовал, скорее всего, ему подходило больше “наставник”. Я даже не могу представить, что, когда — нибудь какая — нибудь девушка сможет растопить его, замороженное сердце.
— Эмира Тимофеевна! Всю базу снесли! Всю информацию украли! Понимаете! Все файлы зашифрованы! — бился в истерике мой заместитель. Человек, который вообще никогда не проявлял никаких эмоций. До этого времени он был для меня непрошибаемой скалой, а тут… Видимо дело действительно дрянь.
— Я скоро буду, — безжизненным голосом сообщила я и отключилась.
Я даже не чувствовала, я знала кто за этим стоит. И именно сейчас почувствовала жажду крови. В голове мелькало лишь одно слово “убью”.
Набираю номер, на который зарекалась, даже если буду умирать, не позвоню, но, по — моему, всё решили за меня, где — то наверху. Как ни странно, проходит довольно большое количество гудков, прежде чем раздаётся сонный голос:
— Встреча со мной и все проблемы решены.
— Ты мне отдашь это и без встречи, — шиплю на него.
— Нет, Эмира.
— Знаешь, я так тебя хорошо знаю, что могла бы и догадаться о твоём гнусном поступке.
— Прям от А до Я знаешь? — усмехается Назар.
— Прям от Пи до Р, — вырывается колкость, которая так и вертелась на языке.
Вместо злости в трубке раздаётся смех, после которого в животе стягивается узел. Как парадоксально: я его ненавижу, но как прежде возбуждаюсь от его хриплого голоса.
— А ты научилась выпускать коготки?
— Смоченные ядом, — заканчиваю фразу за него.
— Мы сейчас с тобой обмениваемся любезностями, а твои парни рвут волосы на заднице, но ты же сама прекрасно знаешь, что у них ничего не получится, да? — самодовольно заявляет мужчина. И он прав! Сволочь!
— Тебе лучше отдать добровольно пароль, — как можно спокойнее заявляю ему.
— Иначе?
— Иначе тобой займётся Марат и Лев.
Очередной хриплый смех разливается в трубке.
— Поверь, мне даже сама смерть с косой в руке не страшна. Ты же знаешь…
Я сбрасываю номер, не желая дальше слушать его голос. Чёртов козёл! Ненавижу! Он не угомонится, пока не добьётся своего и как же меня это пугает! Я не могу допустить даже встречи с ним, которая продлится больше минуты…
За последние два месяца Назар как с цепи сорвался. Как грёбаный сталкер следует за мной и, получая каждый раз совет ёжиков в лесу смотреть, не успокаивается. А сейчас видимо применил тяжёлую артиллерию, тем самым подставив себя. Неужели он думает, что я не расскажу чьих это рук дело? Расскажу, если у самой не получится всё исправить, конечно. Обязательно поведаю всё ребятам и пусть сами с ним разбираются!
Но сейчас самое сложное это сказать Марату о проблеме. Одевшись в первые попавшиеся вещи, сбегаю вниз и наблюдаю такую картину: двое, вроде бы серьёзных мужчин, прячутся за стойкой от Егорки, в руках которого самое грозное оружие — манная каша. И эта каша уже абсолютно везде.
Подхожу к проказнику, который уже до икоты смеётся, и отбираю кашу. Не знаю как, но Егор будто чувствует, что маме сейчас не до смеха и серьёзными глазами, как у Назара, смотрит на меня.
— Всё хорошо, сынок, — целую его в макушку. — Веди себя хорошо?
Я понимаю, что он ещё слишком маленький, но он понимает меня и поэтому сразу начинает играть в машинку.
— Вот как у тебя так получается? — восхищается Лев, выходя из укрытия, весь перепачканный в каше.
— Вы просто слишком с ним сюсюкаетесь, — и это была чистая правда!
— Такое ощущение, что эта каша даже в ушах, — и Марат высовывается с улыбкой, которая так редко мелькает на его лице.
— Марат, — перехожу сразу к делу, — хакеры взломали базу и все данные зашифрованы. Потребуется время…
— Сколько? — раздается жёсткий голос Марата, а я уже знаю, что он в голове подсчитывает какие убытки мы понесём.
— День, — понимаю, что ни хрена не день, но вру, глядя в пол.
— Два, Эмира, максимум. Ты так и не научилась врать, — припечатывает Марат меня к месту своим вердиктом. — Надеюсь бухгалтерия не разучилась печатать первичку вручную. И мне нужно будет его имя, — холодно бросает Марат и уходит. А мне и гадать не надо, чье имя ему понадобилось.
— Это пиздец, да, Мир? — очувственным взглядом смотрит на меня Лев.
— Хуже… — отвечаю ему и утыкаюсь носом, в покрытыми мягкими волосиками, макушку сына.
Да провались ты пропадом, Назар! Две бессонные ночи! Две! Я не сомкнула глаз, пытаясь найти хоть какие — то следы, но всё бестолку. Это какая — то херня, которая не поддаётся логическому объяснению. Но я просто не понимаю! Звонить этому говнюку и просить помощи — выше моего достоинства.
— Лев, чёрт, просыпайся! — пытаюсь растолкать его тушу, но в ответ он лишь отмахивается от меня, как от надоедливой мухи.
— Отстань, — ворчит он и переворачивается на другой бок.
