— Какая жалость. Мне было весело сегодня, Маккензи.
Я поворачиваюсь к нему и смеюсь над ухмылкой на его лице.
— Ох, я в этом не сомневаюсь, мистер Кинг.
Теперь его очередь смеяться.
— Скажи мне, что тебе тоже было весело.
Нет смысла лгать.
— Это самое веселое, что у меня было за очень долгое время. Так что спасибо. Не думаю, что я испытывала настоящий оргазм до сегодняшнего вечера.
Без предупреждения Баз останавливается, и я смотрю на него, подняв брови. Выражение его лица выглядит как смесь шока и жалости.
— У нас есть время, чтобы исправить это? Побить несколько рекордов?
Я смеюсь, и звук эхом разносится по роскошному коридору.
— Думаю, ты уже трижды за сегодня исправил это.
— Вообще-то четыре, — поправляет он.
Я ухмыляюсь ему.
— Теперь мы следим, не так ли, мистер Кинг? Лучше будь осторожен. Мне бы не хотелось запятнать твою репутацию плейбоя.
Его глаза злобно блестят, когда он наклоняется ко мне.
— Это будет нашим секретом, грязная девочка, — соблазнительно шепчет он мне на ухо и подмигивает.
Мои бедра сжимаются в ответ. Просто чудо, что я могу стоять.
Когда мы добираемся до входа в мой номер, я поворачиваюсь к нему, пораженная неожиданным осознанием того, что не хочу прощаться. Я открываю рот, собираясь сказать ему, что хочу, чтобы он остался, но потом благоразумно решаю не делать этого. Это не то, что было. Не начало интрижки или новых отношений. Просто секс. Больше я ничего не могу сказать. Я прилетела сюда ради сестры. Ради ответов. Ради справедливости. Но не за этим. Я не могу упустить это из виду только потому, что сегодня у меня был действительно невероятный секс.
— Еще раз спасибо, Баз, за сегодняшний вечер. Я хорошо провела время. И секс тоже был довольно хорошим.
Я игриво подмигиваю ему, и он откидывает голову назад, заливаясь смехом. Я не могу сдержать улыбку, наблюдая, как он наслаждается моим игривым подшучиванием.
— Ты не похожа на большинство девушек, Маккензи. Отдам тебе должное.
Его слова заставили мою улыбку дрогнуть. Я снова чувствую себя неуверенной Кензи. Должно быть, он заметил мою перемену, потому что подошел ко мне и запустил руку мне в волосы.
— Это хорошо, грязная девочка. Ты одна на миллион.
Мое дыхание прерывается, когда он смотрит на меня сверху вниз. Он наклоняется, и я сокращаю расстояние, прижимаясь губами к его губам. Его язык скользит в мой рот, и я прерывисто выдыхаю, мои руки порхают по его широким мускулистым плечам, углубляя поцелуй.
