Шон вбил адрес в навигатор. Заброшенный склад, бывший когда-то частью цепочки поставок печатного оборудования, находился всего в нескольких кварталах от мотеля.
Несмотря на пробки в пятницу вечером, Сюзанна решила сразу поехать из Хэмдена к дому Уитни Моррисси. Двадцатичетырехлетняя девушка жила в Бруклине, на складе, который был переделан под изостудии. На цокольном этаже здания находились страховое и арендное агентства.
Сюзанна позвонила в квартиру 3А, в которой жила Уитни, и принялась ждать. Затем позвонила снова. Она пробовала добраться до Уитни по телефону во время поездки, но никто не брал трубку. Мадо решила не оставлять голосовое сообщение.
– Кто это? – раздался голос из домофона.
– Уитни Моррисси?
– Да, это я.
– Я специальный агент ФБР Сюзанна Мадо, и я хочу задать вам вопросы о вашей кузине, Аланне Эндрюс.
Мертвая тишина. Через тридцать секунд дверь открылась. Сюзанна зашла в подъезд и поднялась на третий этаж. Уитни стояла в дверях, в футболке на несколько размеров больше, чем нужно. У нее были густые русые кудрявые волосы, спускающиеся до лопаток.
– ФБР? – озадаченно спросила Уитни.
Сюзанна вручила ей визитку.
– Я бы хотела расспросить вас о том месяце, когда ваша кузина жила здесь.
– Здесь? – Уитни оглянулась. Сюзанна не видела, на кого или на что та смотрела.
– Это проблема?
– У меня дома друг, – Уитни прикусила губу.
– Я также хочу знать о «Пати» в октябре, на котором Аланна была убита.
– Мы можем поговорить позже?
– Нет.
Если б Уитни решила качать права, Сюзанне потребовался бы ордер, а это отняло бы много времени. К тому же Сюзанна не особо любила работать с документами.
Уитни вздохнула и закрыла за собой дверь.
– Вы не против, если мы поговорим здесь?
Сюзанна кивнула. Так даже лучше. Уитни будет более откровенна без лишних свидетелей.
– На скольких подпольных вечеринках вы с Аланной были, когда она жила у вас летом?
– На двух или трех.
– Она там встретила кого-нибудь?
Уитни посмотрела на Мадо, как на дуру.
– Вечеринки были большими. Я уверена, она там много кого встретила.
Сюзанне не нравилась Уитни.
– Точнее, встретила ли она там кого-то, с кем продолжала видеться впоследствии?
– Я не знаю. Она ни о ком мне не рассказывала.
– Вы были на вечеринке в Гарлеме тридцатого октября?
Уитни заколебалась.
– Я бы хотела обратить ваше внимание на то, что сейчас идет расследование. Если я узнаю, что вы мне соврали, я буду копать, пока не докопаюсь до правды.
Уитни скривилась.
– Я была там, но недолго, и ушла рано.
– Насколько рано?
– В два часа.
Два ночи – это рано?
– Вы видели Аланну?
– Да, она была с парнем.
– Вы его знаете?
Уитни покачала головой.
– Я видела его раньше, но не знаю его имени.
– Вы были на Бруклинском рейве на прошлых выходных?
– Недалеко от порта? Я знала о нем, но не пошла. На выходных у меня проходила выставка, и мне нужно было поспать.
Звучало правдиво, но Сюзанна решила проверить.
– Что за выставка?
– В основном рисование углем. Еще акварель.
– Мне бы хотелось посмотреть на ваши работы, если вы не против.
– Зачем? – скептически спросила Уитни.
– Просто интересно, – Сюзанна пожала плечами.
Девушка открыла дверь и зашла внутрь, не пригласив Сюзанну. Через полуприкрытую дверь та смогла разглядеть просторную комнату с множеством складских окошек, оставшихся еще с тех времен, когда здание служило складом. На дальней стене черными и зелеными красками была нарисована панорама Нью-Йорка. Справа – закрытая дверь. Квартира пахла красками и почти неуловимым запахом марихуаны. Теперь Сюзанна понимала, почему Уитни не хотела приглашать ее внутрь.
Уитни вернулась, держа в руках альбом и небольшую брошюрку, и вручила их Сюзанне.
– Это открытка с моей выставки в Центральном парке.
– Я помню ее, – удивленно сказала Сюзанна. – Я бегала в парке, когда выставка начиналась утром в субботу.
Она принялась рассматривать рисунки в альбоме, не столько из интереса, сколько для того, чтобы убедиться, что Уитни действительно была на выставке. У девушки определенно имелся талант. Бо́льшая часть рисунков – портреты. Также в альбоме было несколько зданий и достопримечательностей Нью-Йорка.
– Вы отлично рисуете.
Уитни робко улыбнулась, забирая обратно альбом.
– Спасибо. Но довольно сложно делать деньги на этих рисунках. Последнее, чего бы я хотела, это заниматься коммерческой графикой.
– Иногда приходится делать то, что не нравится, чтобы потом иметь деньги и время на те вещи, которые действительно по душе.
– Именно! – сказала Уитни. – Мы с Аланной не были особенно близки, но она мне нравилась, и очень жаль, что такое случилось. Вы не знаете, кто это сделал?
Вместо ответа Сюзанна спросила:
– Вы художник, и наверняка у вас хорошая зрительная память. Вы бы могли посмотреть на фотографии, которые я вам покажу, и сказать мне, видели ли вы кого-то из этих девушек?
– Вы говорите об остальных жертвах, верно?
– Да.
Уитни кивнула, прикусив губу.
– Вы видели их фотографии в газете?
– Да, я видела их…
Сюзанна достала папку и показала Уитни фотографии одну за другой. Она была уверена, что девушка узнала их, но промолчала.
