– Поговорили, – угрюмо ответил он. – И расстались вполне себе мирно. Кадет, похоже, так и не понял, что под тахтой сидела именно ты, неведомо откуда там взявшаяся. Скорее, склонялся к мысли, что это была женщина их предыдущего пленника. Не стоит, конечно, сильно надеяться на то, что он тебя не узнает, если вдруг встретит, но хотя бы шансы на это есть. – Потом тяжело вздохнул: – Но это, наверное, не все вопросы, которые ты хотела бы мне задать?
– Не все, – признала Лиза, решив на пару витков забинтовать ему голову. Пояснила: – Подержим повязку хотя бы до утра, ради пользы дела, а перед работой снимешь.
– Завтра суббота, выходной.
– Да? – Лиза, работающая сутками, не слишком-то следила за днями недели.
А теперь порадовалась: значит, Ярослав сможет отлежаться денек-другой после сегодняшнего. Вот только понять бы еще, из-за чего все это «сегодняшнее» произошло. Она и хотела, и в то же время боялась услышать то, что он мог бы ей рассказать. Но едва завязала узелок на бинте, как Ярослав, не дожидаясь вопросов, сам с ней заговорил:
– Лиза… не знаю, кем ты меня считаешь теперь, после того, что услышала под этой своей тахтой… и дернул черт тебя туда сунуться! Я многое бы отдал, чтобы только ты нашла себе укрытие где-нибудь подальше оттуда. Потому что это как раз та ситуация, когда чем меньше знаешь, тем неправильнее делаешь выводы.
– Ну так расскажи мне все, чтобы я знала больше. Ярослав, я не тороплюсь тебя ни в чем обвинять. Я верю, что ты честный и порядочный человек. Я в это верю, – повторила Лиза. – Но знаю, что в жизни бывает всякое. Тебе что, угрожали в камере?
Лиза выложила Ярославу свои догадки про его долги, но он лишь сухо рассмеялся:
– Нет, Лизок, я способен за себя постоять. Да, без драк не обходилось, но тут главным было даже не победить, а просто не сломаться. На зоне, как в хищной стае, в этом случае быстро теряют к тебе интерес. Ну и статья у меня была не та, за которую сокамерники начинают активно гнобить новичка. Нет, сейчас все дело в другом… и все, наверное, гораздо хуже, чем ты подумала. Да не наверное, а наверняка. Слушай, у тебя нигде бутылка не завалялась? Мне она для такого разговора просто необходима, иначе дело не пойдет. А если теперь не расскажу тебе всего, ты так и будешь считать меня негодяем, запросто способным обокрасть воспитавшую его женщину. Ты ведь слышала, что они сказали, да?
– Слышала. Но не очень-то в это верю. А бутылки у меня нет. Но когда пират вешал сумку в прихожей, у него там вроде что-то звякнуло… подожди, я сейчас посмотрю.
Осмотр показал, что звякнуло не зря, потому что бутылок оказалось даже две, и обе неначатые.
Лиза беззастенчиво вытащила одну, быстро накидала на поднос закуски и отнесла это все к себе в комнату. На столик возле кресла, в котором, собираясь с мыслями, понуро сидел Ярослав.
Лизе оставалось только гадать, что она сейчас услышит: вместо вступления он, в полном молчании, осушил почти треть бутылки прямо из горла, даже не прикоснувшись к еде.
Глядя на него, Лиза уже начала опасаться, а способен ли он будет сейчас хоть что-нибудь рассказать. Но в то же время не пыталась его остановить в этом занятии, потому что почти физически ощущала, как обещанный рассказ, даже еще не прозвучав, уже свинцовой тучей гнетет атмосферу в комнате.
– Ты ведь знаешь, за что меня посадили, – Ярослав заговорил так неожиданно, да еще и глядя при этом в другую сторону, что Лиза даже не сразу поняла, что их объяснения сдвинулись с мертвой точки. Но, быстро сориентировавшись, утвердительно кивнула в ответ:
– Знаю, конечно. И считаю, что ты был прав.
– Я тоже не раскаиваюсь в том, что я сделал. Подонки заслужили и получили свое. Но ни они сами, ни их родственники не оказались с этим согласны. То есть им можно было творить с другим человеком все, что вздумается, а вот с ними – нет, такого делать было нельзя! Так что шуму на суде было много. Потом все затихло, или просто я оказался слишком от них далеко, потому что меня и эту троицу, тоже получившую свое за «подвиги», раскидали по разным местам заключения. Прошло немало времени, а они никак не напоминали о себе. Но вот пару лет спустя… Так, по дружбе, один авторитетный человек, которому нельзя не поверить, сообщил мне новость. Точнее, передал мне дошедший до него слух о том, что Вероника, та самая девушка… – У Лизы возникло ощущение, что Ярослава периодически кто-то хватает за горло и отпускает, снова и снова давая ему возможность произнести несколько слов. – В общем, когда мы с ней встретились, она носила другую фамилию. Потому что отчим удочерил ее, еще маленькую, женившись на ее матери, овдовевшей еще до того, как Вероника появилась на свет. А вот ее мать, оказывается, до этого второго замужества звалась Анастасией Неверовой. Я этого не знал! Да кому бы и в голову пришло, что у любимой девушки надо тщательно выяснять всю ее родословную?! Это в миллионном-то городе, где, бывает, даже специально с первого раза встретиться не удается?!
