Императорский трон опустел и претенденты на него сходятся в ожесточенной битве за власть. В этой войне женщина, имеющая права на престол, может стать лишь козырной картой в руках узурпатора. Но ход истории способен изменить мужчина, вступивший в борьбу за трон, дабы завоевать сердце любимой… Их любовь родилась во тьме, среди опасностей преследования. Они сохранили ее, пройдя сквозь слезы и кровь гражданской войны… Но на их плечах — ответственность за судьбы других людей. Честь и долг встают несокрушимой преградой на пути к простому человеческому счастью. Выдержит ли любовь испытание разлукой? Смогут ли чувства победить долг? Кто победит в безжалостном противостоянии, если наградой победителю станет не только империя, но и наследная принцесса?
Ловко спрыгнув с деревянного частокола, окружавшего деревню, молодой мужчина в тёмном плаще тут же скрылся за углом ближайшего строения, где на мгновение замер, осматриваясь. Незваный гость был чуть выше среднего роста, худощав, передвигался он уверенно и бесшумно. Забрызганный грязью плащ и потёртая дорожная котомка явно помнили лучшие дни. Быстро оглядевшись по сторонам, парень с удовлетворением отметил, что его появление осталось ни кем не замеченным — уже сгустились вечерние сумерки и монотонно накрапывал осенний дождь, разогнавший добрых людей по их домам. Вокруг все было тихо и темно, только слабо светились неподалеку маленькие оконца постоялого двора — туда молодой человек и направился по раскисшей от дождя дороге, едва заметно прихрамывая на левую ногу и настороженно поглядывая по сторонам.
В Кирджики, приграничную деревню, стоявшую на перекрестке трёх старых дорог у самых отрогов гор Снежного Барса, можно было войти и через ворота, немного покричав и поругавшись с привратником (час был еще не очень поздним), но Мартьен не любил поднимать шум без нужды. Гражданская война, второй год бушующая в Империи Тэра, научила людей осторожности, однако ему довелось освоить это искусство гораздо раньше. Быть неприметным и уметь вовремя исчезнуть — лучший способ сохранить свою голову на плечах, когда столь многие мечтают её снять…
Постучав по крыльцу стоптанными сапогами, чтобы отряхнуть с них комья приставшей грязи, Мартьен распахнул дверь трактира и обвёл общий зал цепким взглядом. Не заметив ничего подозрительного, он откинул со светловолосой головы промокший капюшон и двинулся прямиком к стойке.
— Здорово, папаша Этер!
Молодой человек адресовал усатому трактирщику самую обаятельную из своих улыбок, но тот глядел на вновь прибывшего довольно хмуро.
— И тебе не болеть, Мартьен… — кисло протянул кабатчик. — Никак, при деньгах?
— Сейчас на мели, папаша, но ты же знаешь, это не надолго! — вновь блеснул зубами Мартьен. — Накормишь сегодня в долг?
— Ну уж нет, ты и так восемь монет мне должен! — возмутился хозяин.
Мартьен успокаивающе поднял руку:
— Папаша, ты ведь сам знаешь, что монеты проще считать десятками. Давай так: еще два обеда — и медяки зазвенят в твоем кармане! По рукам?
Трактирщик только возмущенно фыркнул в ответ. Но Мартьен не сдавался:
— А может, есть какая работка для меня? Никто не спрашивал?..
В ответ хозяин степенно пожал плечами, а потом едва заметно кивнул в сторону большого дубового стола, за которым сидела компания хорошо одетых людей, по виду — купцов.
— Вон, спроси, может, им нужны твои услуги?..
"Глядишь, они тебя и накормят", — добавил он про себя.
Купцы трапезничали, расположившись в тепле у самого очага, а чуть поодаль уминали гороховую похлебку их слуги. Дородный бородатый человек, судя по костюму — уроженец Империи, степенно излагал свои виды на торговлю и урожай двум приезжим торговцам. Длинные черные волосы, убранные в хвосты на макушках, и слегка присвистывающая речь выдавали в них сейнийцев.
Хотя торговля с королевством Сейнэ не велась уже несколько лет, с тех самых пор, когда император Тэры Корсид II Кровавый объявил войну южному соседу, контрабандисты с обеих сторон не упускали случая сорвать свой куш. Здесь, в приграничье, присутствие гостей с юга никого не удивляло, хотя особой симпатии они ни у кого не вызывали. За глаза сейнийцев тут называли змеичами — и не только из-за языка, в котором было много шипящих и свистящих звуков, но и из-за хитрости и вероломства южных соседей…
— Вот уж два лета прошло, как убили нашего императора, а трон всё пустует — убийцы никак власть поделить не могут… — поглаживая бороду, рассказывал своим собратьям по ремеслу тэрский купец. — Трое их там было, заговорщиков: граф рэ-Винкорд, он старому Корсиду двоюродным племянником приходился; граф рэ-Крин, генерал — тот самый, что армию на Сейнэ водил, и граф рэ-Крам, он тогда богаче самого императора был… Теперь графья дерутся, каждый сам на трон хочет сесть, да никто из них пока не победил, хотя уже два года война меж ними идет и кровь честных людей льется… На дорогах банды разбойничают, ярмарки отменяют, да еще и год выдался неурожайным — помяните мое слово, к зиме за сейнийское зерно будут платить золотом…
Сейнийцы сочувственно кивали, однако при упоминании золота в глазах у обоих мелькнул хищный огонек.
— А что, почтеннейший, пока у вас законного императора нет, мир между нашими странами так и не будет подписан? — поинтересовался один из приезжих.
Тэриец кивнул.
— Незаконно это будет, бумаги от лица Империи подписывать, пока жрецы в столице не оденут кому-нибудь из претендентов золотой венец на голову. Впрочем, коронация не за горами. Рэ-Крин уже занял императорский дворец в Ву-Тэре. Он сильнее их всех, помяните мое слово! Скоро он примерит корону…
