— Можно причинить боль… — Лера показалась ему пантерой, изогнувшейся перед смертоносным прыжком. Сквозь толстую джинсовую ткань он ощутил тепло ее ладони. — А можно и не делать этого. Тебе выбирать.
Егор, не помня себя, вцепился в подлокотники.
— А можно не причинять боль? — хрипло выдохнул он, инстинктивно чувствуя, что вряд ли. Внутренний голос ему подсказывал: сейчас его либо изуродуют, либо, по крайней мере, сильно побьют.
— Все в твоих руках, — загадочно прошептала Лера, лаская его через ткань джинсов.
— Это вряд ли… — Он вжался в спинку кресла, не зная, что предпринять.
С одной стороны, движения ее руки не могли ему не понравиться, с физической точки зрения. Однако, с другой, — уж слишком неожиданно она прониклась к нему. С чего бы это? Понять причины, почему Лера нежданно-негаданно вдруг делает то, на что нормальную девушку нужно долго уламывать, Каменев не мог. Это его и пугало больше всего. Наконец порыв пагубной страсти взял вверх над рассудком, и, решив наплевать на глупые вопросы, он дрожащими руками обхватил ее голову и привлек к себе.
На мгновение их глаза встретились. Ее взгляд был по-прежнему холодным и безучастным.
— Да что с тобой?! — в сердцах крикнул Каменев и оттолкнул ее от себя.
Лера поднялась с пола и слегка коснулась рукой волос, поправив прическу. Ни один мускул не дрогнул на ее лице.
— Подумай над моим предложением, — проговорила она ровным голосом.
Она вышла из комнаты, и через секунду Егор услыхал глухой стук закрывшейся двери. Он сидел в кресле ошарашенный, стараясь понять, что же произошло, и почему-то чувствовал себя растерзанной жертвой, которую здорово потрепал хищник.
