Он меня нес легко и плавно, будто я ничего не вешу. Я для своих габаритов сильна, я отлично тренирована, но ответить на такую любезность тем же не смогу никогда. Никогда мне не быть таким здоровенным и сильным мужчиной, но сейчас я позволила себе наслаждаться моментом, что меня несут в душ как маленькую, а не расстраиваться, что никогда не смогу отнести его.
Мы отмылись под душем, и когда смыли мыло и кондиционер, Никки доказал, что далеко еще не выдохся.
Я стояла коленями на гладком мокром кафеле, и горячая вода по нам колотила. Никки закрывал меня почти от всего дождя, лишь струйки воды стекали по его телу, выглядя украшением на этой гладкой коже. И я слизывала эти капли воды. Мы уже выяснили, что рот у меня почти зажил, и хотя я не знала, годится ли он для орального секса в полную силу, попробовать хотелось, и я ни разу в жизни не видела мужчину, который, получив такое предложение, начал бы спорить. Можно просто ловить кайф, что я и делала.
Раны зажили даже больше, чем я думала. Не помню, чтобы брала у Никки энергию для исцеления себя, но, видимо, брала.
– Если так больно, можем что-нибудь другое придумать.
Я кивнула и стала наслаждаться мужчиной, который стоял передо мной.
– Боже мой! – сказал Никки.
Я подняла глаза, увидела, что он уставился на меня с яростным лицом. Струи воды убрали его волосы с лица, и он этого не заметил. Наверное, я впервые увидела по-настоящему его лицо таким обнаженным. Красив же он, по-настоящему красив. Мне нравятся черты его лица без завесы волос, скрывающей отсутствие глаза. От того, что он не был «совершенен», он не становился менее красивым: это был Никки, вот так он выглядит, это он, и мне он нравится, я люблю этот его вид.
– Как ты? – спросил он.
– Нормально, – ответила я хрипло, и пришлось откашляться. Хриплость была не от секса – горло несколько саднило от моих действий.
– Анита, кормись уже.
– Ты просто хочешь, чтобы я включила ardeur, потому что тогда получится намного лучше.
Он кивнул. Вода разбрызгалась вокруг него туманом, когда он шевельнул плечами под струями.
– Ага, – сказал он почти нетерпеливо.
Я так и сделала, потому что я уже честно хотела, чтобы рот зажил, а желудок уже напоминал, что ardeur – не единственный у меня вид голода. Что в разгаре хорошего секса я заметила голод, означает, что проголодалась я куда больше, чем осознаю. А если этот голод не утолить, мои звери могут проснуться и сами поискать себе еду, и овладеть моим телом в этом процессе.
Когда-то я с трудом держала ardeur под замком, но сейчас мне приходится о нем думать, находить, вызывать и спускать с цепи. Вот только что я владела собой, и вот уже ardeur овладевает мной, разливается по моей коже, проливается в Никки.
Резкие уколы ранок во рту только разжигали желание. Все переводилось в секс, желание, потребность, необходимость… И не было уже необходимости бороться с собственным телом. Оно было со мной заодно, как и ardeur, а ardeur хотел есть.
Никки взял меня за затылок, и меня хватило еще, чтобы посмотреть на него и сказать:
– Когда я спускаюсь, прижимай меня к себе.
– Задохнешься.
– Я постучу по тебе, и ты меня отпустишь. Сделаю вдох и снова спущусь.
– Ты хочешь, чтобы я тебя прижал к себе, не давал слезть?
– Да.
Он приподнял бровь. Вид у него стал очень подозрительным. Я невольно засмеялась.
– Я хочу, чтобы ты меня оттрахал в рот, Никки, и ardeur мне в этом поможет.
Он нахмурился. Голый, мокрый от душа, твердый и готовый, но он хотел убедиться, что потом это ему не аукнется. Кажется, его можно понять.
– Я это делала с Натэниелом, с Ашером, с Ричардом.
Тут у него сделались большие глаза:
– С Ричардом? Правда?
– Да.
– Ну, блин, если ты смогла так с ним…
– Ага.
Он все еще смотрел неуверенно, но сказал:
– О’кей.
Я отпустила ardeur, и он снова взлетел, жаром разливаясь по коже, по пальцам, в бедро Никки, заливая нас обоих. Рука Никки прижала мне голову, и я свободной рукой надавила на эту руку, чтобы она прижала сильнее.
На этот раз он не стал сомневаться, а просто мощной ладонью прижал мне голову к своему телу изо всех сил. Сперва это было точно как я хотела. Но даже когда меня ведет ardeur, в конце концов нужно бывает сделать вдох.
