К полудню мы добрели, как и обещал его высочество, до крохотной деревушки, Стефан отправился добывать осла, а мы с Брайером уселись на обочине дороги, в тенёчке, и отдыхали, поглядывая на живописные окрестности.
- Почему ты не обменялся с ним этими… дружескими клятвами? – спросила я и сразу почувствовала, как Брайер затаился. – Тебя перекосило, когда он протянул тебе руку. Думаешь, Стефан тебе не друг? Что-то скрывает?
- Думаю, что нерушимый обет дружбы – слишком сильное колдовство, чтобы связывать им этого паренька, - ответил колдун.
- Колдовство? Разве это – не простая клятва? Ну, там, будем дружить, пожмём мизинчики и так далее…
- Колдовство никогда не бывает простым, - нехотя ответил Брайер, задумчиво глядя в сторону голубых гор, покрытых снежными шапками, несмотря на лето. – Но ты не забивай себе голову, Крошка. Тебя это не должно касаться.
Прозвучало как-то оскорбительно, - заметила я.
- Не хотел тебя обидеть, - тут же отозвался он. – Просто это совсем другая магия. Та, которой не обучить в университете. Она идёт из сердца. И поэтому ею нельзя играть, как нельзя играть ничьим сердцем.
- Золотые слова, - похвалила я его. – Удивительно слышать это от тебя.
- Почему? – он посмотрел на меня весело, и я сразу разозлилась.
- Потому, - огрызнулась я. – Или ты наивный, как котёнок, или такой притвора, что заслуживаешь пару пинков и удар в ухо в придачу.
- Принцессы не дерутся, - наставительно произнёс он.
- Сколько тебе повторять, что я – не принцесса?! Я – Марина Крошкина, и на этом закончим.
- Обижена на отца, вот-вот взорвёшься от злости, - Брайер с любопытством подался ко мне. – Именно поэтому ты и не подпускаешь к себе никого? Боишься полюбить, чтобы тот, кого полюбишь, не оказался таким же предателем, как твой отец?
Хоть я и считала своего отца первейшим предателем, но услышать об этом от постороннего человека было… слишком обидно. И вдвойне обидны были намёки, что я кого-то там к себе не подпускаю.
- Тебе-то какое дело? – спросила я в ответ. – Я живу так, как считаю нужным и ничьих советов не прошу.
Но если этот фонтан забил, то его было уже не остановить, и колдун продолжал, совершенно меня не слушая:
- Ты не подумай, я не злюсь, что ты меня разбудила. Я очень рад, что появилась ты и разрушила колдовство. Потому что не слишком сладко спать, когда жизнь проходит мимо тебя. Но чем больше тебя узнаю, тем больше мне кажется, что это ты должна была проснуться.
Я посмотрела на него, как на тронутого:
- Ты с ума сошел, что ли? Я не сплю, если заметил.
- Именно – спишь, - он укоризненно покачал головой. - Жизнь идёт мимо тебя, а ты её не замечаешь. Или стараешься не замечать.
- Какие философские разговоры с утра, - фыркнула я, но фырканье получилось каким-то жалким, а не презрительным, как мне бы хотелось.
- Не все такие, как король из рода Хопфенов, - Брайер вдруг взял меня за руку и погладил – осторожно, немного неловко, будто сам стеснялся этого, - ты ведь совсем на него не похожа.
- Откуда ты знаешь? – я хотела разозлиться, оттолкнуть его, но почему-то не получилось. Так и продолжала сидеть, таращась, как моя рука уютно лежит в ладони колдуна. Именно – уютно. И отбирать не хотелось.
- Да знаю уж, - добродушно сказал Брайер.
Я посмотрела на него насторожено – смеётся, что ли? Но он даже не улыбался. И взгляд у него был… совсем… совсем…
- Слушай, мне психотерапевты не нужны, - сказала я торопливо, соображая, не применяет ли он какую-нибудь другую магию.
Любовную, например.
Любовную? А как же фея?
Я чуть не сказала об этом вслух, но тут появился Стефан, ведя под уздцы осла.
- Вот, раздобыл прекрасного скакуна! – радостно представил он нам нашего нового спутника. – Знакомьтесь, это – Панки, и он будет счастлив довезти её высочество до пункта назначения.
- Так уж и счастлив, - проворчала я, освобождаясь из рук Брайера и подходя к ослу. – Он такой маленький… Я его не раздавлю?
- Обыкновенный осёл, - засмеялся Стефан, взял меня без лишних слов за талию и усадил в седло. – Вам удобно, принцесса?
- Не называй меня принцессой, - в который раз попросила я. – И прекрати говорить мне «вы». Я чувствую себя старой ворчливой тётушкой.
- Какое интересное и точное сравнение, - ввернул Брайер, вскакивая и потягиваясь.
- По-моему, кто-то прямо выпрашивает пинка, - сказала я.
- Мне так нравится, когда вы подшучиваете друг над другом, - сказал Стефан, беря осла под уздцы. – Ведь так и поступают настоящие друзья.
- Друзья?! Вот уж нет! – возмутилась я, но колдун только расхохотался.
Но как я ни пыталась рассердиться, у меня ничего не получалось.
Путешествовать на осле было гораздо приятнее, чем тащиться пешком по пыльным дорогам. Седло было мягким, украшенным красными и синими кисточками, и такие же кисточки украшали ослиную сбрую. Наверное, со стороны мы больше походили на путешествующих комедиантов, чем на аристократов, задумавших государственный переворот. Хотя… мы же не собирались свергать действующего короля. Просто хотели освободиться от чар злой феи. Нет, не так. Это
