За долю секунды я собрала весь остаток своей силы, и отпустила контроль, в тот самый момент, когда все Пожиратели Пламени послали в полёт, свои шары пламени. Я подала пронзительный крик, напоминающий «Ня-я-я!». Крис резко затормозил. Кукла, которую Люций держал в своих руках, практически разорвав своими зубами её горло, мгновенно рассыпалась, оставляя у него в руках и во рту только пепел и ткань её одежды. Одновременно с этим, я вернула все направленные на вампиров шары пламени их изначальным владельцам, а мой собственный шар, специально созданный, чтоб не привлекать к себе излишнего внимания, адресовала прямо Люцию. На это Люций взвыл, когда его настигло пламя, тем самым, сбросив с помоста и спалив его лицо и верхнюю часть туловища. Пожиратели Пламени, с пронзительным криком разлетелись на мелкие, опалённые кусочки. В ту же секунду, я мысленно приказав скинуть с себя маску Пожирателя Пламени, и сорвав с себя чёрный длинный балахон, в котором все они находились, встряхнулась, сбрасывая с себя завесу их запаха (которым меня на последок одарил Маркус), и рванула в сторону Криса, так как была не совсем «камикадзе», чтоб сбросив все маски, оставаться на территории врага. Когда я пробежала всего пару метров, за моей спиной, преграждая дорогу тем, кто вздумает погнаться за мной, в землю одновременно вонзились порядка пятидесяти молний. В туже секунду меня схватили и прижав к твёрдой груди, помчались в сторону дома. Я сразу поняла, кто именно меня держит и прижавшись к Крису, со всей силы, подогнула ноги, чтоб не мешать его быстрым движениям. Но могу побиться об заклад, что его ноги даже не касались земли. Мне даже показалось, что он, оторвавшись от неё на пару метров, летел по воздуху.
Крис остановился и тут же его закрыли своими телами Пэйт, Пун, Чуп, Люк, Зак, Дрискол и Джеймс. Он дрожал, и с силой прижимая меня к своей груди, не давал сделать полноценный вдох. Я зажмурила глаза, и не обращая внимания на происходящее, прижимала его ещё крепче. Я боялась открыть глаза и увидеть, что это был обычный сон. Страх вновь потерять его заставлял моё сердце болеть, а глаза наполняться слезами.
Котёнок. – Хрипло еле произнёс он, уткнувшись носом в мои волосы. – Это действительно ты?
Да, любимый, это я. – Выдавила из себя я, всё же открывая глаза, которые затянуло кровавой пеленой. Но даже не смотря на всё это, я безумно радовалась тому, что наконец, вблизи смогла разглядеть его лицо. Моя кукла не могла видеть на большом расстоянии как я, и его фигура и очертания лица были немного размыты. Но сейчас я видела каждую напряжённую мышцу, каждый мускул и каждую волосинку.
У Криса под глазами виднелись тёмные мешки, которые я видела всего один раз, когда вернулась из Сочи, со своего задания, много лет назад. Он был бледнее обычного и его исхудавшее лицо, говорило о том, что Крис не питался все дни, пока меня не было рядом. От осознании причинённой ему боли, у меня по щекам заструился новый поток. Головная боль, от сильного перенапряжения, вызванного управлением своей куклой и шарами с пламенем, вызвала у меня внутричерепное кровотечение, от которого мои слёзы приобрели кровавый цвет. Крис прищурившись, разглядывал моё лицо, не веря в мои слова. Но всё же он постепенно разжал свою стальную хватку и не спеша прикоснулся губами к одной моей щеке. Я прикрыла глаза, чтоб ощутить его теплоту, но за место этого почувствовала холод его языка, скользнувшего по моей щеке и слизавшего капельку крови. Я понимала, что Крис пробует мою кровь на вкус, чтоб удостовериться, что это действительно я, а не какой-то клон или что-то в этом роде. Кровь вампира никогда не обманет. Сглотнув, он вздрогнул, и тут же не церемонясь, облизнул вторую мою щёку, а затем ещё раз громко сглотнув, с рыком впился в мои губы. Я схватила его за волосы, притянув к себе ещё сильнее, и с такой страстью ответила ему на поцелуй, что порезала язык и нижнюю губы, об его столь острые клыки. Крис застонал, с жадностью глотая кровь, а затем прокусил себе язык, чтоб залечить мои как внутренние, так и внешние раны. Это оказалось как раз кстати, так как Люций, восстановившись от повреждений, поднимался обратно на свой помост. Мои раны тут же за зудели и затянулись, а головная боль пропала. Да и силы для нового рывка появились. Что на это можно сказать? Кровь Криса всегда была самым сильным средством, от всех недугов.
Крис опустив свой взгляд вниз, и приподняв бровь, привлёк моё внимание к себе. Я взглянула туда, куда и он, после чего закусив нижнюю губу, прошептала:
Что, так удобнее.