Мы стояли, облокотившись о светящуюся вывеску и молча смотрели, как три механические боевые громадины идут по реке. Вода им едва доставала до пояса, там, где был мост, они выходили из воды и обходили его. Величественные, громадные, отражающие городские огни своей зеркальной золотой поверхностью. Над каждым Маричиром, словно жуки, почему-то парили сурираты. То ли охраняли их, то ли координировали дорогу.
— Не думал, что они такие, — сказал Санджей. — Сколько раз смотрел у нас в башне, но не думал, что они настолько огромные.
Джамир сделал большой глоток из бутылки, скривился:
— Если в ход пошли Маричиры, значит все более чем серьезно.
— Нас тоже могут призвать, — задумчиво протянул Санджей.
— Не знаю, — пожал плечами Джамир, — могут и не призвать. Да и что мы можем? Пополнить ряды ракшасов? Не знаю как вы, а я еще слишком молод, чтоб умирать. Да и как изгонять асуров, я тоже не знаю.
— И я, — все тем же задумчивым тоном протянул Санджей. — Наверное, не призовут.
Я промолчал, потому что знал и не хотел портить настроение ребятам. Не знаю, откуда, но я точно знал, что нас призовут.
Мы стояли и молчали, в городе на крышах продолжали радостно галдеть, как будто только один я чувствовал надвигающуюся беду. Экзамены, предстоящее собрание глав кланов, все казалось пустяками по сравнению с тем, что приближалось. Тревога, холодная и жестокая. Она не вызывала панику, она заставляла чувствовать безысходность. Наверное то же чувство испытывают люди в преддверии чего-то глобального. Я отражал чей-то дар, только потом я осознал. Возможно, где-то стоял провидец или нет, я ощутил — это была эмпатия. Я оглянулся.
На соседней крыше стоял мужчина и внимательно, где-то даже придирчиво глядел на меня. И лицо его мне показалось очень знакомым. Он медленно коснулся, показал мне большой палец с металлической печаткой, издалека не разглядеть, но я сразу догадался. Палец вверх — такой жест не использовали на Хеме.
Я изобразил непонимание и отвернулся, стараясь не паниковать. Я его не знаю, пусть думает, что ошибся.
Так мы и стояли — молча, передавая по кругу бутылку терпкой настойки и провожая взглядом уходящих из города золотых гигантов.
Сегодня меня ждал ответственный день. Именно тот самый день, к которому я безустанно готовился три месяца.
Утром я как обычно проснулся на заре, испытывая легкое волнение и одновременно желание поскорее со всем этим покончить. Время до экзаменов пролетело незаметно. Я готовился и продолжал тренироваться все эти дни. Каждое утро поднимался на крышу "Лотоса", сначала делал разминку, а затем прогонял базовые навыки. Скорость до сих пор давалась мне с трудом, пусть даже я и понял через какие чакры мне ее запускать. Бывало, я подключал к тренировкам Джамира или Санджея, но те очень неохотно просыпались утром. И как сказал Джамир: "Тренируются на каникулах только зубрилы". Но я решил, что лучше буду зубрилой, чем провалю экзамен. Как ни крути, но я очень сильно отставал от других поступающих в Сафф-Сурадж, да хотя бы только потому, что у них на подготовку были годы, а у меня всего-то три месяца.
Могло ли что-нибудь пойти не так, я не знал. Но видимо, где-то на подсознании у всех студентов заложено волноваться перед ответственными экзаменами.
Все эти дни у меня не выходил из головы тот мужчина на крыше соседнего здания. Сомнений в том, что он землянин у меня не было. Да и в том, что он понял, что я тоже с земли, я не сомневался. И это не могло не беспокоить. Вопросов было много, а ответов — ни одного. Знал ли он, кто я? Знал ли, какое у меня задание? Знал ли, что все считают меня аристократом Азизом из знатного рода Игал? Я очень сомневался. Иначе бы мой орел уже давно потемнел или, скорее всего, на меня бы уже вышли. Спецслужбы бы не упустили такую возможность, сомневаюсь, что у них есть хоть один агент среди знатных ракта. И еще я все не мог понять, как тот человек понял, что я тоже с земли. Увидел, как я отправлял сигнал?
Но я его больше не видел, и он не пытался со мной связаться или встретиться. Но возможно, это просто дело времени. Я не знал. Зато я знал, что у него было какое-то видение, и он невольно со мной им поделился. То чувство надвигающейся необратимой опасности преследовало меня и по сей день. Кем был тот человек? Эмпатом? Провидцем? И как так вышло, что его дар попал в меня? Но как бы я не гадал, так до конца и не понял, что именно произошло со мной там, на крыше.
Сэдэо был прав, мне нужно лучше работать над контролем зеркального дара и потоками шакти. Потому что я сам не управляю своим даром, в минуты эмоционального всплеска, он начинает работать сам, отражая хаотично любую ближайшую способность. Это могло сыграть со мной злую шутку на экзамене.
Вчера вечером приехала Мэй с Латифой. Именно Мэй вызывалась сопровождать нас на экзамен.
В Сафф-Сурадж мы приехали вчетвером — Мэй, Санджей, Латифа и я.
