– Знаешь, – начал я. – Суперменом никто не рождается, даже если даны возможности. У меня сын есть, он на пару лет постарше тебя. Потом познакомлю. Он сейчас на боевого мага учится в столице. Их там двадцать пять часов в сутки гоняют. Теория, нормативы, зачёты. Подъём, отбой. Если не брать общие и военные дисциплины, то ещё пять магических. Начиная с индивидуальной подготовки, кончая тактикой применения магов в бою. Я-то сам наспех учился, а их по всем правилам. Ты вот не думала, чтоб именно как маг учиться, а не как супергероиня? Маг, он может не только впереди. От него пользы больше, когда он видит всё поле боя, когда прикрывает солдат колдовским щитом, чтоб в них не попали пули, когда вовремя может подавить каким-нибудь файерболом тяжёлую точечную цель. Да мало ли. Было бы у нас войско побольше, я бы за тобой отделение закрепил. Тогда бы ты не о себе думала, а о них. Но с волками я тебя не пущу, не справишься, они слишком вольные. Кирилл сейчас будет только на себе замкнут. Его тоже без про́дыха гонять надо.
Я вздохнул.
– Тебе бы таких неубиваемых терминаторов для начала дать. Чтоб научилась за их спинами уму разуму, а потом и сама, глядишь, героиней станешь. Лет через пять. Только нет их у нас, ни пяти лет, ни терминаторов.
Соколина сидела, некоторое время всхлипывая, а потом встала. В её глазах загорелся огонь злой решимости.
– Я пойду.
Она подняла руку и резко опустила, словно разрезая ладонью воздух. Только ничего не произошло. Она повторила жест. Безуспешно.
– Куда ты? – хмуро спросил я, наблюдая за её действиями.
– Домой.
Она ещё раз взмахнула рукой.
– Да пусти ты! Мне домой надо! – с надрывом прокричала Соколина, махнув рукой третий раз.
Воздух перед ней заколыхался и потёк густой молочно-белой туманной дымкой. Я ничего не успел сказать, как она очень быстро прыгнула в туман, исчезнув в никуда.
То, что она исчезла, я понял по ауре, вернее, по полному её отсутствию. Стало быть, таков её выбор. Может быть, так даже лучше, не стоит молоденькой девочке узнавать больше смерть и ужасы войны. Я опустил глаза и, не видя земли под собой, пошёл обратно. Остановился только на поляне.
– Что с Соколиной? – тихо спросила Ангелина, сосредоточенно глядя на меня.
– Ушла, – ответил я, а потом подошёл к кунгу и поднял в руки стоящую в траве полторашку с водой.
Внутри было пусто. Не внутри бутылки. Внутри меня. Уход Соколовой Нины дался так же тяжело, как и гибель солдат. И хотя мы наполовину сформировали отряд и дошли до района предназначения, потеряли Лунику. Не хотелось больше никого терять.
Я поставил полторашку перед собой и заговорил.
– Волкам и волотам устройство автомата Калашникова расскажет лейтенант Сорокин. С магами мы будем повторять фокусный импульс. Чем раньше изучим, тем больше шансов, что живы останетесь.
И потрудиться придётся не только им. Вся эта забота ляжет в первую очередь на мои плечи. Учить, показывать и объяснять. А ведь еще нужно следить за охранными заклинаниями периметра гарнизона.
Забот будет много.
