– Заходите, девочки, знаю, почему вы ко мне приехали.
– Вам позвонили?
– Да, следователь звонил. Я сначала все за чью-то дурацкую шутку приняла, да хотя бы ту же Генкину, он у нас мастер на всякие розыгрыши. А потом, чтобы проверить, сама Лике на мобильный позвонила, а мне тот же голос ответил. Тут я поняла, что все правда. Официальный такой голос у этого следователя. Как-то сразу веришь, что не розыгрыш. И не хочешь верить, а все равно невольно веришь. Ох, неужели действительно правда?
И, прочитав по лицам вошедших девушек, что так и есть, несчастная мать снова залилась слезами.
– Тетя Надя! – бросилась в объятия женщины Веры. – Да как же мы теперь с вами будем? Как же мы… как же мы без Лики жить-то станем?
Подруги видели, как губы у женщины задрожали еще сильнее. Молодец Вера! Своей неуместной истерикой она свела на нет все попытки Надежды Семеновны держаться и не терять головы. А что теперь? Теперь обе женщины упоенно рыдают в объятиях друг друга, а девушек так и тянет присоединиться к ним.
Кира заметила, что у Леси уже выступила в уголках глаз влага. Она тоже готова приобщиться к скорбящим. И неожиданно Кира ощутила в себе силы прекратить весь этот вселенский поток слез.
– А ну! – гаркнула она. – Тихо! Лике не поможешь слезами! – И заметив, что ее возглас возымел результат, еще суровее добавила: – Надо искать убийцу! Искать и жестоко наказать негодяя!
Именно это «жестоко наказать» произвело на Надежду Семеновну и Веру благотворное впечатление. Очень быстро они совсем перестали плакать и с надеждой взглянули на Киру.
– А ты знаешь, как это сделать?
– Убийца Лики – не случайный человек в ее жизни. Он явно крутился возле своей жертвы, присматривался. Лика должна была что-то почувствовать. Недаром ведь она позвала нас с Лесей, чтобы мы охраняли ее. Должно быть, Лика чувствовала угрожающую ей опасность, хотя и не до конца понимала, от кого она исходит.
– Уж точно не от меня! – поспешно открестилась Вера, хотя о ней и речи не было.
Кира лишь кивнула ей в ответ. Дойдет черед и до Веры, которая то ли прикидывается бедненькой и глупенькой, то ли действительно таковой и является.
– Надежда Семеновна, вам слово. Рассказывайте.
– А что я могу?
– Надежда Семеновна, неужели у вас совсем нет никаких версий? Мы хотим помочь следствию, хотим вычислить убийцу Лики. А следователь, он ведь лицо официальное. Для него раскрытие дела – это всего лишь плюс и маленькая галочка. А для нас – это дело личное. Мы все любили Лику. И хотим, чтобы ее убийца понес заслуженное наказание. Помогите нам.
– Нет, нет, я ничего не знаю. И потом… Борис мне лично обещал, что займется этим делом.
– Борис… Борис, похоже, даже рад, что Лика умерла! Во всяком случае, в ближайшее время от него помощи ждать не придется. Он нам только что отказал в ней.
– Он не мог!
– У Бориса, как выяснилось, имеется постоянная любовница, хотя и не вполне понятно, где сия особа в данный момент обитает.
Подруги видели, что все ими озвученное является полнейшей неожиданностью для матери погибшей молодой женщины. Надежда Семеновна широко распахнула свои глаза и воскликнула:
– Что? Борис вовсе не любит мою дочь? Но как же… Ведь Лика мне говорила, он мечтает, чтобы она к нему вернулась.
– Нет, не мечтает.
– Он… Тогда он просто чудовище!
В ее устах это звучало по меньшей мере так же ужасно, как если бы у Бориса был СПИД – кошмар двадцать первого века, или ужас позапрошлого века – съедающая человека заживо болезнь проказа. Не меньше.
– Борис отказался помочь вам в поисках убийцы Лики? Не верю в такое!
– Мы вам клянемся в этом. Борис – очень лицемерный человек. Он сказал, что даст денег на похороны, но на этом его участие в судьбе Лики заканчивается.
– Какой подлец! – прошептала Надежда Семеновна. – А мне-то он клялся в том, что все сделает для счастья моей девочки. Обманщик! Мерзавец! Негодяй!
Еще минута, и Надежда Семеновна обозвала бы Бориса похлеще, возможно, даже назвала бы убийцей.
– Тетя Надя, – снова бросилась Вера к Ликиной матери. – Поверьте, это все правда!
– Значит, Борис не собирался помогать в поисках убийцы моей дочери?
– Он совсем не такой хороший, этот Борис. Денег у него много, но он ведет какую-то свою игру. И у вас совершенно нет никаких причин полностью доверять ему.
Надежда Семеновна была женщиной не очень умной. Вся ее жизнь сосредотачивалась на одной Лике. Для нее Надежда Семеновна хотела самого лучшего, самого прекрасного. И сейчас, поняв, что Борис мог быть совсем не так заинтересован в ее дочери, как ей представлялось, Надежда Семеновна быстро поменяла свое представление о том, что хорошо для нее самой и для бедной Лики.
Не хочет помогать Борис – найдутся другие. И Надежда Семеновна повернула свое лицо в сторону подруг.
– Значит, вы, девочки, собираетесь найти убийцу моей девочки?
– Да. Мы ее любили. И мы хотим, чтобы справедливость восторжествовала.
– Я тоже этого хочу. Ну что же, тогда я вам все расскажу. Расскажу даже ту правду, о которой не могла рассказать Борису.
