В общем механизм взаимодействия выглядит примерно следующим образом.
Постижение и выработка замыслов и промыслов происходят в первую очередь через
Отсюда Та Самая Духовность есть способность к приписыванию окружающей реальности некоторого изначального смысла. Вот как об этом пишет, не побоюсь этого слова, идеолог советизма, С.Г. Кара-Мурза:
И вот первый вывод о прошлом. Русские коммунисты не подавляли религиозного чувства, не посягали на него, они сами были его носителями. Советский человек был (и в большинстве своем остался) глубоко религиозным. Как же это понять? Как же наш атеизм? И русские философы, и западные теологи объясняют, что основой религиозного чувства является особая способность человека чувствовать, воспринимать сокровенный, священный смысл событий, действий, отношений. Это главное, а не веpа в какого-то конкpетного бога.
Такой человек ощущает священный смысл хлеба и земли, тайный смысл рождения, болезни, смерти. Для него может иметь священный смысл Родина, Армия, даже завод, построенный жертвами отцов. Такой человек чувствует долг перед мёртвыми и слушает их совет при решении земных дел. Говорят, что у тех, кто обладает такой способностью, есть «естественный религиозный орган». У советских людей, включая атеистов, этот орган был очень развит — и даже хорошо изучен нашими противниками. Они его и использовали, и разрушали все последние пятнадцать лет.
Надо ли добавлять, что СГКМ в своих работах опирается на апологию именно что позднего СССР, «который мы потеряли» и который можно охарактеризовать через (неудачное) ограничение «северного полюдья» именно что «восточной этической системой»? Почему и потеряли, смею утверждать.
Ах да, и о колбасе насущной. Видите ли, такая Духовность действительно Колбасе в широком смысле этого слова противопоказана. Или Колбаса — ей. Дело в том, что никакая Колбаса даром не достаётся. Не только в смысле «без денег» или «без очереди», но и в смысле даже произвести Колбасу и обустроить Её производство. Колбаса достаётся через противоречие реальности. Поэтому без Колбасы этичнее. Извините за грубость изложения.
Обеспечением взаимодействия здесь служит Личность, а механизмом исполнения оного — Роль. Отсюда Личность есть способность к ролевому поведению.
Прим. W.: здесь важно понимать, что западная психология — именно поэтому — не различает личность и индивидуальность: каждый индивидуален и играет роль-маску. Однако, как писал ещё А.Н. Леонтьев: «Личность не равна индивиду». См. «Теории личности»[106].
Цитирую себя, любимого:
Модусы вивенди и операнди европейца — исполнение роли самого себя. Понятие истины в «западной этической системе» определяется как «реальность должна уподобиться мне»; это можно представить через порождение актёром у зрителей веры в декорации.
Декорации на театральной сцене построены и искусственны, это не лес и не полуразрушенный замок над озером, это папье-маше и немного дерева. Однако актёр взмахивает рукой, говорит несколько прочувствованных фраз, выученных на репетиции и только что прошёптанных суфлёром, и реальность уподобляется ему: в восприятии зрителей папье-маше становится замком, причём более настоящим, чем какой-нибудь реально ранее виденный — там просто куча камней, жарко, кузнечики свиристят, у экскурсовода с бровей пот капает… а тут покинутый любовник дрожащим голосом речь толкает и яду хочет заглотить. Или наоборот, только что обрёл потерянную любовь и готов биться за свободу.
Вся европейская цивилизация есть такого рода декорации, в которые верится благодаря актёрам. А западный человек как личность есть набор ролей и отношений.
