Поведение [ред. Warrax] полностью

Важной особенностью «армии Запада» в техническом и тактическом аспектах является наличие и применение вундерваффе («сверкающий меч паладина», которого не может быть у злобных язычников), а равно постоянный кастинг новых железяк на эту роль. Склонен считать, что эта особенность является системообразующей, хотя бы потому, что «армия Запада» без сверхоружия — более обще: «армия Запада», бесспорное превосходство которой лежит в невидимых остальному обществу особенностях — отторгается тем же обществом в силу той же «западной этики». Страдает имидж, не дают денег… В долговременной перспективе статусом сверхоружия, короля поля боя в наибольшей степени наслаждался и наслаждается авианосец, однако едва ли не с каждым новым вооружённым конфликтом вспыхивают (в переносном смысле) новые, короткоживущие «звёзды» — тот же «Абрамс», например. Кстати, эта особенность зачастую ведёт к рассмотрению «западными людьми» вооружённых конфликтов как борьбы оружия — и «калашников» своим культовым статусом обязан именно Западу.

Идеальная «армия Запада» организуется вокруг сверхоружия.

Для того, чтобы «армия Запада» оказалась возможна в некой будущей России не в качестве оккупационной, должны выполняться следующие условия.

   1. Наличие в России той самой миссии, в рамках которой надо строить соседей, а желательно и весь остальной мир.

   2. Наличие у России того самого сверхоружия, которое способно рулить полем боя, и которого нет у других. С кандидатом в таковые можно ознакомиться, например, здесь. Очень наглядный тёмный ужас — прикиньте, батарею газовых лазеров на этакую страсть поставить? А на безрыбье сойдёт что-нибудь вроде интеграции маломощного ЯО в разведывательно-ударные комплексы.

Для будущего русского государства «армия Запада» может выглядеть как элитные ударные соединения постоянной боевой готовности, выстроенные вокруг того самого сверхоружия. Дополнительными признаками «армии Запада» в русской реализации вполне могут быть мощное идеологическое кондиционирование и тщательный отбор личного состава по критериям, не связанным с непосредственной боевой эффективностью. Окажется ли такая реализация репликой гвардии или подобием СС — по моему мнению, особой разницы нет.

Этическая система: «Другие не должны относиться ко мне так, как я не отношусь к ним».

Полюдье: «Никто не должен делать того, чего не делаю я».

В военной практике реализации этих правил соответствует обезоруживание противника до того, как он вообще применяет оружие. Добиться такого эффекта можно следующими способами:

   1. Пресечь сам замысел противника применить оружие.

   2. Уничтожить оружие, которое противник намерен применить.

   3. Уничтожить способность противника применить это оружие.

Первый способ включает в себя идею «взаимно гарантированного уничтожения», однако к таковому не сводится — советские армии в Европе до достижения ядерного паритета выполняли, в общем, ту же функцию: гаранта неприемлемых неприятностей.

Второй способ означает «мы будем целиться не по Парижу, а по штабу НАТО», то есть применяемое оружие должно быть сверхточным либо сверхмощным.

Третий способ доходчиво иллюстрирован в фильме «Starship troopers».

Для тех, кому неизвестен язык данного потенциального противника: «враг не сможет нажать кнопку, если ты обездвижишь его руку». Трудно не согласиться.

Из вышеизложенного следует, что боеспособность «армии Севера» соответствует её возможностям гарантированной проекции силы в назначенную точку в заданный момент времени. Иными словами, «армия Севера» должна быть армией, ведение войны с помощью которой в наименее возможной степени подвержено так называемому «трению Клаузевица»[103].