Тайхарт сильнее прижал её к себе и успокаивающе произнёс:
— Но теперь мы снова вместе. Всё ведь хорошо?
Асэми последний раз всхлипнула и сделала шаг назад. Её рыжие волосы растрепались, а хвост безвольно повис до самой земли. И всё же в янтарных глазах зажглась надежда, переросшая в уверенность.
— Вы и правда сразу пошли за мной?
— Да! — заверил Тайхарт и огляделся. — Алтарь в руинах оказался порталом, который был активирован твоим амулетом. Тебя перенесло в это место мгновенно, а я застрял на половине пути. Говоришь, что прошло уже много дней?
— Мне так кажется. Здесь нет солнца, всюду лишь платформы и пустота. Я долго бродила по округе, пока не лишилась сил. Что это за место?
— То же самое я хотел спросить у тебя. Но это похоже на измерение Тэнашай: лишённый красок свет, тяжёлая аура, отсутствие людей и давящая атмосфера. В Чернобоге мы переместились в похожее место, только там вокруг была вымершая столица, а здесь повсюду парят платформы.
— Но я не чувствую тварей Тэнашай, как и его самого, — заметила Асэми. — Моё проклятье спит…
— В любом случае измерения схожи, и это подозрительно…
— Повелитель, простите меня!
— За что это? — спросил её Тайхарт, удивлённо вскинув брови.
— Это из-за меня мы попали сюда. В руинах я слышала голоса, они звали меня. Я не смогла противиться. И вот…
— Печалиться рано. Раз в это место есть вход, то должен быть и выход. Просто найдём его и вернёмся на Храмовый остров. И перестань уже плакать, ученице Чёрного Палача не пристало терять надежду и лить слёзы.
— Повелитель, но вам же не нравится, когда вас называют Чёрным Палачом…
— Нравоучение звучит убедительнее, когда его говорит могучий Чёрный Палач, а не просто Тайхарт. Поэтому я и прибег к своему прозвищу, призывая тебя не реветь. И ведь это сработало?
— Да! Ваша защитница не может быть плаксой! Я обязательно исправлюсь! Честно-честно! Просто было так страшно остаться одной. Казалось, будто целая вечность прошла в тишине. Но теперь всё хорошо!
Асэми вытерла щёки и улыбнулась. Рядом с Тайхартом она чувствовала себя уверенно и спокойно, словно находилась за каменной стеной. Ничто больше не могло напугать ушастую воительницу, в её янтарных глазах вновь разгорелся огонь.
Каменная площадка уходила далеко вперёд. На светлом покрытии были нанесены однообразные рисунки, от которых очень быстро начало рябить в глазах. Звук шагов гулко разносился по округе и возвращался эхом, отраженный от парящих вверху плит.
Тайхарт неспешно брёл вперёд, внимательно изучая каждую деталь вокруг. Любая мелочь, выбивающаяся из общей картины, могла стать подсказкой, ведущей к выходу. Но повсюду был лишь каменный пол, бесконечно расширяющийся впереди и растворяющийся в тумане позади путников.
— Комнат без дверей не бывает…
— Повелитель, о чём вы?
— Из любого места должен быть выход, даже если он намертво замурован. Глухую стену тоже можно пробить. Нужно лишь знать, куда нанести удар, чтобы проломить преграду.
— Я очень долго бродила здесь, пока не выбилась из сил. Куда ни пойди — всюду лишь каменная пустыня. Но вдвоём коротать вечность намного интереснее. Даже если мы не выберемся отсюда, то сможем до скончания времён болтать о всяком!
— Если только не умрём от голода…
— Голода я здесь не чувствую, — ответила Асэми, забежав чуть вперёд. — Нам даже дышать необязательно, да и сердце не бьётся…
Тайхарт остановился и прислушался к ощущениям. Действительно, он пытался дышать лишь по привычке. Само же тело не требовало воздуха. Сердце тоже не стучало, и от этого становилось не по себе.
— Будто покойник…
— Зато бессмертный, — весело ответила Асэми.
Лишившись одиночества, Асэми воспряла духом. Рядом со своим Повелителем она не чувствовала страха. Даже окружающий мир больше не казался ей таким пустым и бездушным.
— Бессмертие я воспринимаю совсем иначе, — поведал Тайхарт. — Его даёт сила, равная божественной. А сейчас мы просто консервы, запертые в мире, где нет даже времени.
— «Консервы»? Как мумии? — хохотнула Асэми. — Если честно, то мне не по душе такое сравнение! На самом деле, мне и самой надоело это однообразие. Хочется ощутить порыв ветра, запах цветов…
— Поэтому мы и пытаемся найти выход. Ты говорила, будто в руинах слышала голоса. Что они говорили?
— А?.. Я не могла разобрать слов. Просто ощущала, что они зовут меня.
— Голоса были враждебны?
— Когда во мне просыпается проклятье Тэнашай, то я слышу злые голоса, упрекающие и воющие от боли. А в руинах шёпот был спокойный, но очень грустный. Мне и самой почему-то хотелось плакать, когда я слышала его.
— А сейчас ты что-нибудь слышишь?
Асэми удивлённо вскинула брови и остановилась. Прислушавшись, она помотала головой и тут же пожала плечами.
— Нет, вокруг тихо, хотя…
Лисьи ушки Асэми вдруг встали торчком, она повернула голову вправо, потом влево, а после обернулась кругом.
