Ноизаил и Бегемот стояли почти в центре запекшейся лепешки лавы – инферноформированной территории Базы.
– Что-то вы мало освоили, – нейтральным тоном заметил Бегемот.
– А ты всю площадь на два умножь, – мрачно откликнулся Ноизаил. – Местные уроды своими взрывами всю магию трещин порушили, так что участок теперь по второму разу заливают. Хорошо хоть резиденция цела осталась. Пошли, что ли в мой кабинет, опрокинем по рюмашке? То есть, я имею в виду, сметана тоже найдется.
– Пойдем, – снисходительно согласился Бегемот. Огляделся по сторонам и спросил с любопытством: – Что, строения все уцелели? И офис и общежитие?
– Наверное, – Ноизаил двинулся в сторону резиденции. – Мне о разрушениях не докладывали.
– А о чем докладывали? – следуя за ним, Бегемот вертел головой с прилежностью образцового экскурсанта.
– Первым делом про двойной расход щебенки и лавы, на повторную заливку. Стройматериалы, которые горят, почти все спалили – доски, фанера, обои… Банкомат говорит, что одних плинтусов три тыщи погонных метров дымом ушли.
Бегемот поднял бровь, усомнившись, но покивал сочувственно:
– Кедровые, наверное, плинтуса были, дорогие?
– Точно. А ты откуда знаешь?
– Да так, в голову пришло, – ухмыльнулся Бегемот. Зачем Ноизаилу о своих мыслях рассказывать, лучше он потом сам с Банкоматом потолкует при случае. Напомнит, что ловкость рук и быстрая реакция, это хорошо, но делиться, тем не менее, все равно надо.
– Инструментов, тачек, половину переломали, цемент, который не рассыпался, в огне спекся, – продолжал перечисление убытков Ноизаил, – продуктовая палатка вместе со складом целиком сгорела…
– Заля, да ты что! – не выдержав, расхохотался Бегемот. Тем более, что унижаться до требования своей доли от того, что сумеет спереть занюханый кладовщик, он все равно не собирался. Можно и открыть глаза туповатому собеседнику. – Неужели поверил, что продукты сгорели? Наверняка они сейчас в какой-нибудь палаточке лежат себе спокойненько.
– Не, точно сгорели, – криво ухмыльнулся Ноизаил. – То есть ты правильно говоришь, кладовщик все коробки и бочки к себе в палатку успел перетаскать. Только она у него тоже, знаешь, не огнеупорная, полыхнула так, что до неба огонь стоял.
– Представляю, как этот парень убивался, – совсем развеселился Бегемот.
– Что ты, это надо было видеть. Угли еще не остыли, а он уже полез золу разгребать, искал, вдруг что уцелело. А уж завывал-то при этом!
Под приятный разговор, незаметно, дошли до кабинета Ноизаила. Поскольку стульев для посетителей Повелитель Блох никогда не держал, Бегемот, не чинясь, устроился в кресле хозяина, за его столом.
Ноизаил цыкнул на подвернувшегося вовремя ***лиза, тот бегом принес начальнику креслице, потом сбегал за сметанкой для гостя.
– Айнштоффа вызвать? – спросил Ноизаил, хмуро глядя на развалившегося в его собственном кресле Бегемота.
Тот, занявшийся дегустацией сметаны, промычал что-то отрицательное. Оторвался от стакана, облизнулся:
– Местный продукт?
– Да, – Ноизаил понятия не имел, откуда ***лиз приволок сметану и ему на это было наплевать – хоть бы и из себя выдоил! Просто ответил покороче, надеясь закрыть тему. Зря надеялся.
– Неплохая, – Бегемот причмокнул. – Пришлешь мне пару бидонов. А я Айнштоффу отряд охранников выделю, из личного резерва. У него же, насколько я помню, здесь и нет почти никого. Видел я, что он бесов с лопатами по периметру расставил, только из них вояки, как…
– Знаю, – перебил Ноизаил. – Сегодня ночью имел счастье наблюдать.
– Значит договорились, – Бегемот допил сметану, привычно облизал длинным языком стакан изнутри. Ноизаила передернуло, но он смолчал. – Ладно, Заля, спасибо за компанию, но пора мне и за дело браться. Сейчас пойду Айнштоффа напугаю, а потом, – он игриво подмигнул, – потом займусь нашим маленьким частным бизнесом.
Небрежно открыл верхний ящик стола, бросил туда пустой стакан, легко встал, подошел к дверям. Уже выходя в коридор, обернулся, сделал ручкой:
– Не скучай, Заля, я быстро!
Оставшись один, Ноизаил медленно, шумно, перевел дыхание. Потом встал, метким пинком вышвырнул за дверь принесенное ***лизом креслице. Брезгливо, двумя пальцами достал из ящика стакан, с наслаждением испепелил его. Стало немного легче. Сел за стол, погладил чучело летучей мыши, прицепившееся к пресс-папье. Да нет, все не так уж плохо. Работа идет: Абарзел вовсю гоняет своих строителей, Банкомат зарылся в накладные, рисует убедительный отчет об ущербе от нападения… а скоро Бегемот притащит этих наглых туземцев к нему на расправу. Можно сказать, что все идет просто прекрасно!
Со стороны, падение джипа в овраг и дальнейший самостоятельный полет Шнырка до ближайшего препятствия, выглядели очень эффектно. Но на самом деле, удар по голове, который получил бес, был совсем не сильным. Так, небольшое сотрясение. И если он продолжал лежать с закрытыми глазами, хотя прошло больше двух часов, то только потому, что легкий обморок перешел в глубокий сон.
