– Но отголоски магии совпадают с магией леди Скай, – король вопросительно взглянул на сына.
Тот хмыкнул:
– Мне напомнить вам, как это делается?
– Амулет, в котором собранная магия запечатана кровью дракона?
– Слюной. Кровь разъела бы камни. Да и слюну добыть проще.
– Это объясняет то, что браслеты рассыпались.
– Но не объясняет, где взяли слюну!
– Как и то, зачем кому-то убивать леди Скай, – заметил его величество.
Раймон покачал головой:
– Это как раз понятно. Мои люди обыскали убитого и нашли вот это, – он достал из-за голенища сапога и воткнул в стол кинжал из серебристо-лунной стали. Золотая змея обвивала эфес, в зубах у нее тускло блестел сапфир. Король хмуро взглянул на узкий клинок, мгновенно оценивая оружие:
– Прекрасная работа! Кто мастер?
– Я, – Раймон щелкнул пальцами по вензелю под гардой.
– Твои работы редки и слишком известны. Хочешь сказать, что знаешь, кто стоит за сегодняшними событиями? – король приподнял брови.
Герцог покачал головой:
– Увы. Это один из немногих, чей след был утерян. Кинжал очень давно был подарен коменданту приграничной крепости. Комендант вскоре его продал, после чего кинжал несколько раз переходил из рук в руки…
– Почему-то я не верю, что кинжал – просто совпадение.
– Я тоже. Полагаю, кто-то очень хотел убить двух зайцев сразу: устранить вдову и заодно бросить подозрение в убийстве на меня. Амулет со слюной, стилет… Тогда вы вынуждены были бы отдать земли Ская кому-то другому.
Король скривился:
– Например?
– Его наследнику.
– Лорду Скаю наследует граф Артур Нортридж, как ближайший родственник, – Георг ухмыльнулся. – Не думаю, что он способен на такое по отношению к тебе.
Раймон закатил глаза. Граф Нортриж был один из немногих, кто дружелюбно отнесся к появлению при дворе бастарда. Пожалуй, слишком дружелюбно.
Более того, граф влюбился и достаточно долго преследовал новоявленного герцога Амьенского, пытаясь добиться взаимности. В силу юности Раймон слишком резко отреагировал на эти попытки, и все закончилось тайным поединком.
Оба противника были приятно удивлены мастерством друг друга. Нагоняй от его величества и тюремное заключение способствовали зарождению приятельских отношений между разными во всех смыслах людьми. Друзьями они так и не стали, но относились друг к другу с уважением и толикой иронии.
Так что Раймон не питал иллюзий по поводу Нортриджа. Невысокий худощавый и манерный граф вполне мог отдать приказ убить человека, тем более женщину. С другой стороны, Нортридж вряд ли стал бы подставлять Повелителя драконов так явно, но кинжал действительно мог быть совпадением.
Раймон заметил, что король все еще ждет ответа.
– Я не стал бы сбрасывать Нортриджа со счета, – признался он. – Мы не настолько дружны, чтобы граф пренебрег собственной выгодой. Особенно зная, что я никогда не разделю его чувства.
– Главное, не дели с ним постель, – посоветовал Георг, ухмыляясь все шире.
В ответ Раймон хмыкнул. Его давно перестали задевать подобные шутки.
– Интересно, откуда Нортридж узнал о свадьбе. Да и Пауэрли примчался…
– Считаешь, что Пауэрли может быть замешан?
– Он – сильный маг, а свиту королевы сопровождает мой дракон.
– Еще трое находятся здесь, – оборвал его величество. – И рассуждая таким образом, мы точно ни к чему не придем!
– Тогда остается только ждать. Думаю, недоброжелатель, поняв, что затея не удалась, скоро проявится. Я отдал приказ усилить охрану и заодно распорядился выяснить в каком отряде служил погибший. Надеюсь, вы не будете возражать?
– Даже если и буду, приказ уже отдан? – король махнул рукой. – Делай, как считаешь нужным!
Он заметил блеск в глазах бастарда и быстро добавил:
– Но если ты не явишься на собственную свадьбу…
Раймон криво усмехнулся:
– Явлюсь, вы же знаете, что я полностью подчиняюсь вашей воле, ваше величество! – иронично отозвался герцог и сразу же добавил. – К тому же я не могу так оскорбить женщину…
Георг задумчиво взглянул на бастарда, гадая, стал бы сын таким, воспитывайся он во дворце. Скорее всего, нет. Слишком уж много вокруг было тех, кто попытался бы переманить мальчишку на свою сторону.
– Ваше величество? – окликнул герцог.
Монарх вдруг понял, что Раймон никогда не называл его отцом. Это разозлило, и голос звучал сухо:
– Ее величество прибудет завтра, тогда разумнее свадьбу назначить на послезавтра.
Раймону подумалось, что разумнее всего было бы не назначать вовсе, но, заметив холодный блеск глаз, высказывать эту мысль вслух он не стал.
– Я могу идти? – не дожидаясь ответа, герцог поднялся.
– Да.
Он поклонился и направился к выходу.
– Раймон! – король остановил сына.
Тот обернулся.
– Зайди к казначею завтра!
– Зачем?
– Разумеется, получить свою награду, пятьсот золотых,!
– О, благодарю, ваше величество!
– Надеюсь, ты повременишь превращать замок в хлев! – напутствовал король.
Раймон хмыкнул:
– Увы, ваше величество! Вы привезли с собой слишком много свиней!
Прежде чем король смог возразить, он вышел.
– Болван! – с гордостью прошептал Георг закрытым дверям.
Когда Анна вошла в спальню, ее окружили гарьярды.
– Миледи!
– С вами все в порядке?
– Что хотел этот человек?
