Повелитель душ полностью

Слово «путешествие» звучит так заманчиво, что мне сразу хочется сорваться с места и отправиться в путь. На самолете, на поезде, на теплоходе – все равно… Просто сесть и поехать куда-нибудь. Это не означает, что я не люблю свой город – я люблю его. И я очень люблю свою семью. Но я считаю, что для человека очень важно повидать мир собственными глазами.

И в продолжение этой темы, я бы хотел спросить у вас: не могли бы мы с вами как-нибудь встретиться в Вашингтоне?

Конечно, мы еще не очень хорошо друг друга знаем, но помните, как мы с вами разговаривали о наших сестрах? Вы просто читали мои мысли… А потом вы еще и вымыли нашего Брейнера… Кейт, вы необыкновенная! Я должен вам это сказать, потому, что это чистая правда.

В общем, как-нибудь я обязательно приеду в Вашингтон: я хочу побывать в Верховном суде и в юридической школе, где учился мой отец. Если вы мне сообщите, когда вы будете свободны, то я могу приехать как раз к этому времени.

Надеюсь, у вас все хорошо. Передайте Бонни привет от меня. Брейнер уже опять весь грязный, и мы с Мэгги решили вымыть его на автомойке – так же, как это сделали вы! Футбольный сезон этого года закончился. Мы заняли второе место, а команда Ривердейла – третье (мы их обставили!). Большое спасибо, что вы пришли тогда на нашу игру.

Берегите себя, Кейт.

Ваш друг,

Тедди О'Рурк».

Сидя в своем офисе, Джон достал из бумажника визитку Кейт Хэррис. Он внимательно посмотрел на нее и написал адрес офиса Кейт на конверте с письмом Мэгги. Потом он положил конверт в специальный ящик, чтобы Дамарис наклеила на него марку и отправила по почте.

При одном только взгляде на имя Кейт сердце у Джона дрогнуло. Он знал, что в значительной степени это было связано с его переживаниями из-за нарушения адвокатской этики: он все ждал, что ему позвонят из Главного полицейского управления Коннектикута и спросят, какими сведениями он располагает о причастности его клиента к исчезновению еще одной девушки.

Однако Джон чувствовал, что главная причина его волнения при воспоминании о Кейт была все же в другом. Он не мог забыть их поцелуй. Воспоминание о нем неотступно преследовало его и завладевало всеми его мыслями и чувствами, как будто он был подростком, впервые обнявшим девушку. Эта картина вставала перед его глазами, по меньшей мере, раз двадцать на дню: темная автостоянка, горящие глаза Кейт, радость от того, что они только что помогли одной семье защитить их ребенка, и потом – внезапная вспышка страсти между ними…

Это было просто какое-то наваждение, и Джон никак не мог от него избавиться.

Вчера, сидя напротив Меррилла и Фила Беквита, он опять унесся мыслями к Кейт и их поцелую. Меррилл что-то сказал, потом повторил еще и еще, но Джон, витающий в облаках, никак не реагировал.

– Кажется, вас это настигло, Джон? – наконец донесся до него многозначительно вкрадчивый голос Меррилла.

– Что, Грег?

– Проклятие… или подарок судьбы…

– Какое проклятие? Какой подарок?

– О, это – одержимость… Вы встретили девушку! Поделитесь же со мной, Джон! Расскажите мне все – так же, как я вам рассказывал. Вы влюблены, вас переполняют чувства! Я вижу это по вашим глазам.

– Я просто устал, Грег, – ответил Джон: он снял очки и потер переносицу, стараясь придать своему лицу бесстрастное выражение. – Это не одержимость, это самое обычное переутомление.

Меррилл недоверчиво покачал головой и еще шире заулыбался. Ответ Джона нисколько не убедил его. Он забарабанил пальцами по столу, чтобы привлечь внимание психиатра.

– Доктор, ведь это же одержимость, навязчивая идея! Я вижу это в его глазах! Посмотрите сами, доктор! Разве я не прав?

– Я сейчас занимаюсь вами, мистер Меррилл, – сухо сказал доктор Беквит, даже не взглянув на Джона. – А вовсе не вашим адвокатом.