— Так вот зачем мы отправились в это путешествие? В поисках еще одного начала? — Старший апотекарий не слишком подробно обрисовал ему цель их плавания, и все же Арриан имел некоторое представление о том, что это за предприятие, учитывая ситуацию. То обстоятельство, что Фабий не соизволил поделиться с ним информацией, вызывало у него некое подобие досады. Хотя, возможно, старший апотекарий просто предоставил ему выяснить все самостоятельно.
— Ты не одобряешь?
Арриан тихо рассмеялся.
— Ты говоришь о начале и конце, как будто это не та же старая история, которая разыгрывается среди тех же звезд. История, начавшаяся на Улланоре и на Истваане, еще не завершилась. И никогда не завершится, пока мы живы и сражаемся.
Алкеникс нахмурился.
— Ты действительно так думаешь?
— Мы неспроста называем это Долгой войной, брат. — Арриан без показных движений убрал клинки в ножны. — Все закончится в пламени, но не скоро. И мы вряд ли доживем до того дня.
Алкеникс, в свою очередь, меч не убрал. Он уставился на свое кривое отражение, растянувшееся вдоль блестящего полотна клинка.
— Ты говоришь прямо как Фабий.
— Он из мудрейших в своем поколении.
Алкеникс еще больше помрачнел.
— Он глупец. И всегда им был. Там, где другие видят красоту, он находит только уродство. Там, где мы зрим лучший путь, он видит только потраченный впустую потенциал. Он совершенно приземленный, в то время как мы стремимся достичь звезд. — Алкеникс поднял меч. — И если ты будешь проводить с ним слишком много времени, он утащит тебя за собой.
Арриан улыбнулся.
— Мне всегда было комфортнее в пыли, чем среди далеких светил. Дефект в генном семени, подозреваю. — Его улыбка померкла. — Но не думаю, что ты явился сюда говорить о таких вещах, префект. Думаю, ты пришел с вопросом.
— Верно. Но ты уже ответил на него. — Алкеникс спрятал клинок. — Жаль, это был совсем не тот ответ, которого я хотел, а вполне ожидаемый. — Он оглядел Арриана и продолжил: — Я не был на Скалатраксе.
— Я тоже.
Алкеникс замялся.
— Многие из моих братьев пренебрежительно отзывались о Пожирателях Миров, но я никогда не придерживался того же мнения, что бы ты ни думал. Быть может, в другом мире и в другое время мы смогли бы быть друзьями, Арриан Цорци.
— А я думаю, что мы можем обойтись тем миром, который у нас есть, Флавий Алкеникс.
Префект кивнул и развернулся, собираясь уходить. Напоследок он добавил:
— Помни эти слова, что бы ни случилось.
Арриан проводил его взглядом и вздохнул, стараясь игнорировать дразнящий смех мертвых. Он спрашивал себя, кто присоединится к их числу первым: он или Алкеникс.
Мерикс встретил отступника на нейтральной территории.
На неиспользуемой летной палубе, заваленной мусором после давно забытого конфликта, остовы истребителей и судов сопровождения высились посреди холодного тумана, струившегося из вентиляционных шахт. Ресурсы системы жизнеобеспечения, предназначенные для ангара, перенаправили в другие, более важные зоны, в результате чего отсек превратился в стылый некрополь — в основном для брошенных военных машин. Здешний мороз пробирал Мерикса даже сквозь доспехи, пока он шагал по этому кладбищу космолетов, а настил хрустел у него под подошвами.
Мутанты в толстых утепленных скафандрах и пустотной броне, собранной из разрозненных фрагментов, усердно трудились, чтобы спасти все возможное от нескольких разбитых истребителей. При его приближении они оставили работу и исчезли, стремительно и бесшумно, словно тени. Идущий за ним по пятам Евангелос зарычал на разбегающихся существ. Волкоподобный мутант внимательно следил за своим хозяином, как всегда, прижимая к груди автомат. Евангелос что-то проворчал и посмотрел на хозяина, сверкая желтыми глазами в тусклом свете.
— Согласен. Грязные животные, — пробормотал Мерикс, наблюдая, как другие мутанты исчезают в темноте. В отличие от преданного Евангелоса, они были не более чем падальщиками.
— Они не так уж и плохи на вкус, когда привыкнешь.
Мерикс поднял глаза и заметил Скалагрима, сидящего на корпусе ближайшего корабля. Топор его покоился на изгибе руки, голова была обнажена.
— Весь секрет в температуре, при которой готовится мясо: будет слишком высокая — аромат пропадет. Слишком низкая — и все, что сможешь ощутить, так это болезни, которые они переносят. Главное тут — умеренность. — Отступник соскользнул со своего насеста и приземлился со стуком, сотрясшим палубу. Евангелос попытался вмешаться, широко раскрыв волчью пасть, но Мерикс жестом остановил слугу. Скалагрим усмехнулся:
— Подозреваю, ты просил о встрече не затем, чтобы поговорить о рецептах приготовления мяса мутантов.
— Не затем, но спасибо за совет.
— Из того, что у тебя за спиной, получится отличный ужин, — продолжил издеваться Скалагрим, кивая на Евангелоса. — А еще неплохое пальто, хоть и ворсистое.
Мутант зарычал и потянулся к клинку. Мерикс обернулся и резко выставил руку.
— Оставь нас.
