— И вас это тоже касается, библиотекарь Джаг, я этого не допущу. — Аттикус шевельнул плечом. — У вас своя миссия, а у меня своя — вернуть корабль в надлежащее состояние и снова выйти на нем в море.
От слов капитана двеллер почувствовал прилив гордости. Отнести книгу Великому магистру — это миссия, и для нее его обучали. Если бы только он сумел разобраться в том, что находится на этих страницах…
— Если я могу чем-то помочь, дайте мне знать, — сказал капитан. — В противном случае, я полагаю, вам пора за дело.
— Да, сэр. Благодарю вас, сэр, — Джаг повернулся и пошел было прочь, но остановился. Двеллер не мог не спросить о том, о чем хотел спросить с самого начала. — Если у меня получится снова выйти с вами в море…
— Я буду весьма этому рад, библиотекарь Джаг. Мне доставляли истинное удовольствие беседы с вами. Берегите себя. До следующей встречи.
— И вы тоже, сэр. — Джаг спустился по трапу, перекинув заплечный мешок через плечо, а книгу хорошенько упрятав под плащом.
Извилистая дорога, идущая вверх из порта, была усыпана обломками устричных ракушек, которые шевелились и трещали под босыми ногами двеллера. Он вдохнул запах города.
Свежий хлеб все еще пекся в пекарнях, обслуживавших таверны и матросские постоялые дворы, в которых жили те моряки, что так и не завели собственного дома в Рассветных Пустошах, оставаясь в городе желанными гостями, а не местными жителями. В окнах лавок мясников висело копченое мясо. В носу у Джага щекотало от дыма из каминов в домах и очагов в постоялых дворах и тавернах.
В океане он по всему этому скучал. В Хранилище Всех Известных Знаний повара всегда что-то пекли. Двеллер ы любили покушать, и, поскольку есть надо было по расписанию, они устанавливали время для трапезы шесть-семь раз в день. Корабельному камбузу с этим было не сравниться.
Но хотя пахло тут вкусно, Джаг понял, что аппетита у него совсем нет. Он слегка перекусил на борту «Ветрогона», потому что приучил себя это делать во время работы в гоблинских шахтах. Слабый двеллер, который не мог поднять кирку или помочь толкать повозку с рудой, обычно не доживал до следующего утра.
Джаг поплотнее закутался в дорожный плащ — когда он добрался до вершины последнего холма и идущей через сердце города улице Луч солнца, ветер набрал силу.
Лавочники и горожане стояли у порогов своих домов, поглядывая в сторону гавани, и переговаривались между собой. Двеллер знал, что они обсуждают принесшее столько несчастий плавание «Ветрогона» и библиотекаря, который был в его команде. Кое-кто украдкой показывал на Джага, полагая, что тот их не видит.
Мимо прогрохотала повозка; ее тянула пара кобыл, железные подковы которых давили устричные ракушки. На козлах сидели двеллер с супругой, а позади среди мешков и бочек пристроились трое их маленьких отпрысков.
Когда Джаг обогнул корабельную верфь, он увидел длинную извилистую дорогу, тянувшуюся по неровному ландшафту из города сквозь лес в горы. На другом ее конце, за высокими стенами, покрытыми колючими зарослями, стояло Хранилище Всех Известных Знаний. Над построенным людьми заграждением находился еще и природный барьер, за которым следили эльфийские стражники.
На случай если Библиотеке будет угрожать нападение, стены должны были защитить ее от врагов. Внутри Библиотеки посменно дежурила стража воинов-гномов.
Если бы гоблины обнаружили остров и Библиотеку, им пришлось бы пробиваться к ней с боями. В городе они должны были бы преодолеть сопротивление гномов, пиратов и моряков, а за городом лежали леса, где за каждым деревом таилась быстрая и безмолвная смерть, что несли с собой эльфийские стражники, рядом с которыми сражались крупные хищные кошки и специально обученные ястребы.
Сейчас большую часть Хранилища Всех Известных Знаний скрывал от взглядов туман. Возможно, к полудню он рассеется, но даже в лучшие дни Великая Библиотека была не очень-то хорошо видна отсюда. Здания были построены так, чтобы сливаться со вздымавшимися за ними Костяшками, располагаясь естественными выступами над Пальцами Великана. Кроме того, до них было далеко, и без подзорной трубы Библиотеку мог увидеть только очень уж острый взгляд.
— Библиотекарь первого уровня Джаг! — радостно окликнул его чей-то голос.
Удивленный таким приветствием, Джаг остановился и оглянулся в том направлении, откуда донесся зов.
У фонарного столба стоял толстый двеллер в светлосером одеянии с белой кромкой — это были официальные цвета библиотекарей третьего уровня. Под мышкой он тащил корзинку.
— Разве вы меня не знаете? — Толстяк подождал, пока мимо прогрохочет телега, после чего перешел дорогу.
Джагу казалось, что он узнал его, но полной уверенности в этом не было. Дружеское общение в Хранилище было довольно ограничено, а он никогда особо не старался с кем-то сблизиться. Все остальные двеллеры выросли в Рассветных Пустошах, и они, как правило, слегка терялись в разговорах с Джагом.
Потом его внезапно осенило.
— Библиотекарь третьего уровня Телф!
