Пожилой изобретатель, достигший успеха в разработке способа производства гибкого стекла, бесследно пропадает.Его секретарша вместе со своим другом ведут безрезультатные, поначалу, поиски…
МАЛЕНЬКАЯ бакалейная лавка была наполнена странным запахом, едким и неприятным. Кеннет Дрейк стоял, облокотившись на засиженный мухами прилавок и смотрел на продавца.
Стоявший перед ним бакалейщик – морщинистый, неуклюжий старик, сам испытывал неудобство от этого резкого запаха. Старик закрывал нос грязным платком, и бросал на Кеннета короткие, осторожные взгляды слезящимися глазами.
– Человек звонил отсюда, в час или около половины второго, – повторил Дрейк. – Вы, не могли не видеть его, если конечно, в то время здесь находились.
– Какой мужчина? Не видел никого. Возможно, я спал тогда. – Вылянившие глаза глаза смотрели на Дрейка со скрытым страхом.
– Ну спрошу тогда так, – вообще кто-нибудь звонил отсюда сегодня? – спросил Дрейк.
– Э-э? Так, сейчас соображу… – Старик почесал в затылке. – У меня плохая память, мистер. Я точно не припоминаю, чтобы кто-нибудь звонил сегодня. Может быть, когда я был в отключке или спал?
Дрейк достал и положил на ладонь серебряный доллар. Он позволил бакалейщику взглянуть на тусклый металл, а затем сунул монету обратно в карман.
– Я заплачу, если скажите правду, – пояснил он. – В противном случае парни из Управления вытрясут из вас правду. А теперь говорите. Что случилось с человеком, который звонил отсюда в час тридцать?
Губы под запачканными табаком усами бакалейщика дрожали. Он украдкой их облизывал.
– А-а, вы из полиции!
Дрейк не ответил. Его холодные серые глаза, не мигая, глядели на собеседника.
Бакалейщик прошептал:
– Они пришли и забрали его! Этот маленький…
Его речь оборвал резкий звук – сердитый и угрожающий. Звук, необычный для этого места – рев льва!
У старика отвисла челюсть. Мгновение он смотрел на Дрейка с выражением явного ужаса на лице. Затем быстро отстранился и опустил глаза.
– Я ничего не видел и не слышал! – прорычал он. – Уходите отсюда! Высматриваете тут, вынюхиваете…
Дрейк еще мгновение глядел на мужчину, а затем пожал плечами и развернулся на каблуках. Он видел, что бакалейщик был запуган. Страх не позволял ему говорить. Чем он был вызван? Львиным рыком?
Выйдя из маленького магазинчика, Дрейк замешкался, оглядываясь по сторонам. Здесь пролегало шоссе с хорошим покрытием, но выглядело оно малопосещаемым. Придорожный продуктовый магазин был единственным зданием в поле зрения, если не считать высокой ограды в некотором отдалении. К ней вела грунтовая дорога, и выцветшая вывеска гласила:
Нетерпеливо просигналил гудок машины. Дрейк подошел к родстеру, припаркованному неподалеку.
– Увы, Джоан, не повезло, – сказал он девушке за рулем. – Однако Петри звонил из этого магазина. Оператор отследил звонок совершенно точно.
– Жаль, что я не смогла понять побольше из того, что он успел сказать, – нахмурилась Джоан. – Но его голос был… каким-то странным. Вот все, что я смогла разобрать: «Помогите! Джоан, у этого маленького дьявола…» Потом связь оборвалась.
– Если бы Петри не был таким старым, я бы приревновал, – сказал Дрейк, криво улыбнувшись. Его глаза задумчиво смотрели на вывеску, рекламирующую ферму львов.
Джоан коснулась его руки:
– Кен, когда Джон Петри дал мне мою первую работу, ему приходилось экономить на еде, чтобы заплатить мне. – Глаза у нее затуманились. – Он пропал три недели назад – и без каких-либо объяснений.
– И формула пропала вместе с ним, – проворчал Дрейк. В этом-то и заключалась суть дела. Это была формула для изготовления гибкого стекла, с помощью недорого процесса, который Петри открыл после многих лет экспериментов.
Он никогда не доверял секрет бумаге, несмотря на призывы других членов компании, которая была создана для использования нового стекла.
– Вы заботьтесь о деловой стороне дела, – говорил Петри своим сторонникам. – Я знаю формулу, и она в безопасности у меня в голове. Это не значит, что я не доверяю своим коллегам…
ТУТ КРУПНЫЙ, краснолицый ученый, обычно язвительно улыбался и добавлял:
– Но кому-то другому не обязательно знать эту технологию. Я лично буду наблюдать за процессом изготовления стекла.
Он был незаменим на своем месте. И вдруг он бесследно исчез. Поиски полиции завершились безрезультатно – не нашлось абсолютно никакой зацепки. След появился лишь после телефонного звонка Петри, приведшего Джоан и Дрейка, ее жениха, сюда, на эту пустынную дорогу.
– Боюсь, как бы его не стали пытать, – мрачно сказала Джоан. – А он больной человек, ты же знаешь.
– Петри – больной? – Дрейк уставился на нее. – Он никогда не выглядел больным.
