В обычной обстановке такое бы никого не напугало. Но сказывалось напряжение, пережитое после нападения, а так же общая атмосфера в городе давила, ведь назвать ее дружелюбной точно было нельзя. В такой ситуации даже небольшой шорох, появившийся за спиной ничего не подозревающих людей, мог вызвать острую реакцию. Гневно посмотрев на ворону, Артур с удивлением обнаружил, что та совершенно не имела глаз.
Она рефлекторно двигала головой, как это делает любая другая птица, и пыталась осмотреться. По спине пробежались мурашки. Зрелище было очень неприятным.
— Ну и хрень… — испуганно сказала Оля. — Пойдем отсюда…
Артура не пришлось уговаривать. Они быстрым шагом стали удаляться от забора, но ворона, похоже, была очень настойчивой. Она взмахнула непривычно крупными крыльями, оторвалась от ограды, и направилась следом за Артуром и Олей.
Ворона набрала высоту, противно громко каркнула, и звук получился такой резкий, что у Артура в груди защемило, а душа Оли ушла в пятки. Птица описала широкую дугу над парой, и, сложив крылья, ушла в крутое пике, став похожей на чёрный снаряд. На подлете птица распустила крылья, выставив вперед когти. Артур молниеносно среагировал, достав клинок, оттолкнул Олю в сторону. Ворона когтями рассекла Артуру плечо, разорвав податливую ткань ветровки, и вызвав жгучую боль.
— Сука! — крикнул Артур.
Птица, размахивая крыльями, зависла над Артуром, и готовилась броситься на него, чтобы клювом пробить череп, в который уже прицелилась.
Оля завизжала, но не растерялась, как это сделало бы большинство женщин. Она выхватила из кармана телефон, и метко швырнула его птице прямо в голову, удачно попав. От тяжелого удара в висок голова птицы содрогнулась, и ее тлеющий мозг прострелило жуткой болевой вспышкой.
Артур воспользовался замешательством птицы, которая, к тому же, сбавила высоту. Он полоснул ворону блеснувшим мечом, оставившим в воздухе яркий стальной росчерк, и на асфальт брызнула кровь. Развалившаяся надвое ворона, вновь пронзительно крикнув, свалилась на землю, и дергалась в конвульсиях.
Оля зажмурилась, не желая на это смотреть, а Артур тяжело дышал, чувствуя, как по щекам скользит холодный пот. Поверженная птица перестала дергаться. Артур стряхнул с клинка черную кровь, чтобы она, засохнув, не приклеила металл к ножнам. Спрятав вакидзаши, Артур поспешил к Оле, и, взяв ее за плечо, повел прочь.
— Туря, у тебя плечо…
— Забей. По дороге воды купим, промоем. Царапина.
«Такая же буйная птица, как и те, который сбили самолет», — провел Артур аналогию.
Оля была не в силах говорить. Ее все еще трусило, и она вдруг осознала, что ей очень хочется пить. От волнения во рту пересохло, нужно было срочно компенсировать недостаток влаги в организме. По дороге они зашли в небольшой магазинчик, купив там пару маленьких бутылок воды.
До дома Иры ещё было минут десять хода, но Оля явно не собиралась брать воду про запас. Она открутила пробку, сразу же бросила ее в первый попавшийся мусорный контейнер, и жадно приложилась к горлышку, став пить большими глотками, будто бы неделю провела в пустыне. Артур смотрел на нее с удивлением, но прерывать не стал. Очень уж интересное было зрелище.
Открыв вторую бутылку, Оля промыла Артуру рану, а остатки воды выпила.
— Ты не лопнешь, деточка? — изумился Артур. — Что-то мне кажется, что ты перебрала. Уписяешься же.
— Иди ты, — вздохнула Оля. — Я бы еще попила. И вообще, хоть бы спасибо сказал. Не кинь я в ворону смартфон, она бы тебя заклевала.
— Ну, куда там, — скривил губу Артур. — Ты его подобрала, кстати?
— Да хрен с ним, — скривилась Оля. — Он весь в кишках и вороньей крови. Не хочу к этому прикасаться.
— Ща, — Артур поднял указательный палец.
До места стычки с вороной путь был близкий. Легким бегом Артур добрался туда секунд за тридцать. Он увидел на асфальте кровавое пятно, растекавшееся под растрёпанными останками птицы. Видимо, местные коты уже успели поработать, растаскав большую часть вывалившихся внутренних органов, что облегчало задачу по изъятию мобильного устройства.
Подойдя к вороньему трупу, Артур всмотрелся, разглядев покрытый кровью и кусками мяса смартфон, оказавшийся в самой гуще багрового месива. Смарфтон вибрировал, а сквозь кровавые пятна на экране можно было разглядеть номер Иры, звонившей уже неизвестно сколько.
Нисколько ни смутившийся подобным зрелищем Артур лишь задержал дыхание. Он мог спокойно смотреть на покойников, и мог взаимодействовать с ними, даже если это был человек. Дыхание он задержал лишь потому, что трупный запах очень въедливый, и если надышаться, то он мог преследовать целую неделю, в чем мало приятного.
Даже не поведя носом, и без какого либо отвращения, Артур погрузил руку в кровавое месиво, затем вытащив оттуда вибрирующий девайс. Кровь уже успела остыть, и стала вязкой, начав сворачиваться. Тем не менее, телефон был довольно скользким, и выскользнул из рук, стукнувшись об асфальт. Экран тут же покрылся сетью трещин, Артур выругался:
— Твою мать! — прошипел он, развернувшись, и стряхивая с руки кровь. — Вот же хрупкая дребедень! От любого тычка!
