Я же вновь мчусь вперед, оббегая частые группы людей, что неспешно движутся по пешеходной дорожке навстречу друг другу. Словно два мира существуют одновременно — спокойный и размеренный для девяноста семи процентов населения — мир без чудес, силы, бахира, магии. Мир обычных людей, для которых войны кланов и поединки — всего лишь заголовки газет и сюжеты кинофильмов. Даже если будет уничтожен целый район в родовой войне, это будет всего то несколько тысяч из десятка миллионов жителей — одинокая цифра за несколькими нулями после запятой в статистике потерь, о которой промолчат средства массовой информации. В дтп на дорогах погибает куда больше людей. Рядом с этим миром — совсем иной. Там есть место чуду, личности и подвигу, но чаще он выстлан дорогой потерь, традиций и мести. Даже мне доступен шанс совершить чудо — догнать Таню до входа в дом, что я и пытаюсь совершить. Полет недоступен — просто снесет ветром, проверено. Быть может, когда-нибудь в будущем мне хватит контроля для подобного перемещения, но не сейчас.
Дорожка уходила в парк, вилась меж деревьев, огибала беседки и искусственные пруды, чтобы вновь вынырнуть на пыльные улицы огромного города, в какой-то минуте от моего дома. За очередным витком дороги я и увидел ее — легко несущую две спортивные сумки в одной руке, неспешно ступающую по траве рядом с асфальтированным полотном.
— Не надо туда ходить, там засада, — выпалил я, загораживая ей путь.
— Ну конечно засада, — с насмешкой согласилась она и обогнула меня.
— Я не шучу, люди возле школы. Черная тойота, два человека внутри, — я зашагал рядом, стараясь заглянуть Тане в лицо.
— Страшные и жуткие враги, — фыркнула соседка в ответ, — как же иначе. Сочувствую тебе.
— Почему мне? Мы же вместе! Я боюсь за тебя, — голос дрожал и я ничего не мог с этим поделать. Шли мы медленно, но еще сотня шагов — и выйдем на финишную прямую.
— Отличная идея — запугать, чтобы я прониклась твоей мудростью и остаток дней жила в страхе в стенах школы, — произнесла Таня, словно плохая актриса театра драмы, — Я — Авинова, придурок. Мне ничего никто не сделает, пальцем не тронет.
— А как же изгнание, монастырь? — слегка приостановился я, изображая растерянность — лишь бы она тоже поумерила шаг.
— Не будет ничего, — мотнула девушка головой, — Дядя позвонил, успокоил. Переслал медкарту мамы по электронке. Я уже посмотрела — врожденный порок сердца, с детства. Осложнения после простуды с летальным исходом. Дело не в генетике — из-за сердца родители не решались на вторую беременность, думали найти способ лечения.
— А если дядя в курсе? Если все это обман? — с жаром уговаривал я, — Ты же хотела сама все выяснить и покарать виновных?
— Вот что называется — связалась с неудачником, — покачала она головой, — Даже не верила, что такое бывает. Бедный мальчик, все веришь в заговоры и страшные тайны, — грустно посмеялась Таня, — Теперь я понимаю, кого из нас выкинуло на обочину жизни. И уж поверь, не меня — я звонила папе, он меня простил. Завтра прилетит дядя Коля и заберет меня домой. Впрочем, спасибо тебе — я поняла что не стоит цепляться за прошлое. Чтобы не стать такой же неудачницей, как ты, — добавила она после легкой паузы.
— Я не неудачник, — шепнул в ответ, сжимая кулаки, — И я не выдумываю.
— О, ты очень успешный парень! — засмеялась Таня, — два покровителя вышвырнули тебя за неделю, а третий поимел на два миллиарда чужих денег!
— Лес можно вернуть, — мир слегка поплыл перед глазами, — Я заберу слова обратно и отменю сделку.
— Ты хочешь забрать что-то обратно у Коям? — все еще посмеиваясь, презрительно фыркнула она, — Тебя кто-то воспитывал вообще, глупый мальчик? Персонажи мультфильмов? Это Коямы! Помесь крокодила и тигра — попробуй забрать что-то у него из живота! Залезь ему в пасть!
— Я все верну, — шаг сменился понурым стоянием друг напротив друга, — Из наследства.
— У тебя ничего нет, ты обычный подросток с тараканами в голове, — Таня успокоилась и тоскливо вздохнула, — И не будет никогда. Дядя сказал, тебя нашли родичи. Радуйся сегодняшнему дню и готовься провести вечность в школьных стенах. Быть может, твой покровитель смилуется и назначит тебя уборщиком — сможешь жить там всю жизнь. У тебя нет наследства, забудь.
— Прости, — шепнул я вновь.
— Самое забавное, ты и меня зацепил своим невезением! — подняла она лицо к небу, — Великую охотницу за наследством поимели на два миллиарда! Какая шикарная история! Одно радует — не жених поимел, а через жениха.
— Я все понял, я ничтожество, неудачник, но очень тебя прошу — дай мне войти вперед первым, — все таки попытался я настоять.
— Да пожалуйста, — отмахнулась она, — Это будет даже забавно.
В молчании мы вышли на нашу улицу. В сотне метров впереди стоял наш дом, сияя на солнышке десятками окон. С такого расстояния он смотрелся чистенькой аккуратной игрушкой.
Я смотрел на грустное лицо Тани и пытался придумать хоть какие-то слова. В голове царила гулкая пустота и ощущение рвущей душу тоски. Легкий гул в небе слегка отвлек внимание.
