— Ритуал получился, и слияние с Рунами Тела произошло. — Уже одно то, что Ютиас говорил без восторга и победного торжества, настораживало. — Моя руна активировалась, и я начал получать знания. Благодаря этим знания я смог перевести оставшиеся надписи на тотемном столбе.
Младший волшебник замолчал, подыскивая подходящие слова.
— Ну? Не тяни. — Поторопил его Гапериан.
Тяжело вздохнув, Ютиас продолжил:
— Как нам всем известно, энергия всех этих пяти Рун Тела принадлежала одному хозяину — Первому Белому дракону. Должно пройти какое-то время, чтобы разделённая на разных носителей энергия, начала действовать независимо от остальных энергий. Не знаю, сколько времени, но пока, энергии всех пяти Рун Тела работают на одного носителя.
— Ты хочешь сказать, что мы создали временно своего Несокрушимого! — Первым всё понял наставник Боя.
— Получается, что так. — Почему-то виновато пожал плечами Ютиас.
— Кто это из нас? — Задавая свой вопрос, Краниос с завистью посмотрел на Гапериана. Скорее всего, именно этому счастливчику и повезло стать временным Несокрушимым, наделённым силой всех пяти Рун Тела.
— Это Арес.
Такого ответа никто не ожидал! Тем более сам Арес. Наверняка младший волшебник ошибался, ведь никаких сил в себе он не чувствовал.
Вместо того чтобы негодовать, злиться и орать от ярости, Краниос громко расхохотался. Наконец успокоившись, гигант устало закачал головой.
— Это, же каких богов мы обидели, что нам так «везёт»?! Сейчас сюда ворвутся неизвестно, сколько Несокрушимых, а единственное, что мы можем им противопоставить это — ребёнок!
— Как так получилось? — Спокойно, без всяких обвинений, поинтересовался у Ютиаса наставник Боя.
— Руна Восприимчивости помогает носителю лучше находить, ощущать, накапливать и использовать все существующие в нашем мире энергии. — Увидев, как у его друзей появился непроизвольный завистливый блеск в глазах, младший волшебник уточнил кое-какие детали. — Но чтобы научиться хорошо, пользоваться тем, что даёт Руна Восприимчивости, нужны долгие годы тренировок и практики. Так что путь к этому совершенству не простой и не быстрый.
— Мы заметили, какой не простой и не быстрый! — Не удержался от сарказма Краниос. — Не прошло и пяти минут, как оп! И Арес уже Несокрушимый!
— Это временно. — Напомнил Ютиас.
— Временно не временно, а толку!? Несокрушимый есть, а проблем не счесть! — Заметив, как от его высказывания помрачнел Арес, Краниос устало улыбнулся мальчишке. — Не переживай малец. Будем действовать, значит по старинке, как всегда. И не с таким дерьмом справлялись. — Посмотрев на Ютиаса, он как бы, между прочим, напомнил. — Ты, там, кажется, что-то говорил про ещё один выход отсюда? — Увидев, как удивлённо на него посмотрели друзья, гигант кивнул головой на Ареса. — Что?! Я просто не хочу быть в ответе за гибель этого пацана!
Никто не стал ничего говорить или возражать. Все прекрасно понимали, что шансы выстоять против нескольких Несокрушимых у них были не велики. Так что отступить, уйдя от проигрышного сражения, сейчас было самым разумным. Они получили, то, зачем сюда пришли, и теперь их здесь больше ничего не держало.
Оставалось только найти этот второй выход из усыпальницы. И судя по размерам Первого Белого дракона, этот выход должен был быть очень большим. Но, почему-то, никто из них, нигде не наблюдал этого выходы?
Грозное, яростное рычание разнеслось по огромной пещере, заставив всех схватиться за оружие.
Несокрушимые были уже внутри усыпальницы!
Каждый невероятно медленный, и ещё более невероятно тяжёлый шаг сквозь энергетическую защиту усыпальницы, давался каждому Несокрушимому ценной потери новой Жизненной энергии очередного принёсшего себя в жертву воина-горга.
Сорок девять шагов шести Несокрушимых, ценной Жизненной энергии двухсот девяноста четырёх горгов. Такова была плата за проход в усыпальницу «Перового Белого дракона». Плата, которую Несокрушимые всё-таки смогли заплатить. Но будь этот проход длинней, и если бы шагов было ещё больше, то вскоре заплатить им пришлось бы уже своими жизнями.
Не будь Фарог и шествовавшие за ним воины Несокрушимыми, то энергетическая защита убила бы их на первом же шаге, как только они переступили бы через порог усыпальницы.
Ярость и гнев захлёстывали короля горгов, растратившего во время прохождения через энергетическую защиту так много Жизненной энергии. Вместе с потерянной энергией во время сражения против Ледяного дракона, он вернулся практически обратно к тому уровню своей силы, который был у него во время сражения в монастырском подвале. Конечно, это было весьма и весьма даже приличным уровнем, ведь Фарогу тогда удавалось легко, без всяких затруднений сражаться против одних из лучших воинов Атлантиды. Но сейчас возможно его враги стали сильнее, чем были? Неизвестно ведь, какую силу они могли уже успеть найти в усыпальнице?
