Вот с Ольгой мы и поговорили с Еленой Борисовной по поводу машины, в кузове которой зубной кабинет. Передвижной. Ту это заинтересовало, то что машина трофейная, её не смутило. Я решил перегнать грузовик во двор нашего дома, та сама решит, как оформить машину. Грузовик я отдавал в дар больнице, если Ольга благополучно родит и с ребёнком будет в порядке. После этого можно будет забрать технику. Заранее я не хотел, боялся сглазить. Понятно, что армейцы принудительно отберут машину в себе, но надеюсь не сразу. Дальше мы со снабженцем больницы, он же ещё и замещал должность завхоза, всё оформили, подписались я как даритель, и главврач как получатель. Машина уже официально числится за больницей, внешнее описание я дал, как и номер узлов и самой машины. Более того, Ксюше выдали бумагу, что машина во дворе нашего дома стоит с разрешения главврача. Это отмазка для представителей власти, хотя участкового я всё равно предупрежу. А после родов заберут, тогда и изучат что внутри. До этого ни-ни. Вечером, когда машина уже будет во дворе, завхоз приедет и опечатает её. Мы же попрощались, я долго обнимал Ольгу, после этого мы покатили домой. Участкового похоже ещё не было. Я решил рискнуть, и вызвал грузовик прямо во дворе, хотя верх был выше кромки ворот, тот встал кормой к выезду. Проверив машину, Ксюша тоже с любопытством всё осматривала, посидела за рулём, покрутила им. Я запустил мотор, схватился сразу, урча и давая дизельный выхлоп, внизу под фургоном был ящик с бензо-генератором, это чтобы кабинет в кунге мог работать и имел питание не от двигателя машины. Запрев все двери, отдав ключи Ксюше, и мы дважды попрощались, на столе кухни, и в кровати. После этого проверив всё ли забрал, оставил морскую рыбку, в бочке погреба солёную, и в мешке в кладовке сушёную, сел в машину, и заехав к участковому, через жену его, та в огороде возилась, передал просьбу присмотреть за моими девчатами. Ну и сообщил что во дворе стоит больничная машина, с разрешения хозяев. Пусть тоже присмотрит. После этого погнал в сторону части. Благополучно добрался, даже ни разу не остановили. Я по правилам ехал.
А там хоп, дивизии уже два дня как нет. Погрузили в эшелон и отправили к Смоленску где всё ещё шли ожесточённые бои. Я на проходной стоял, лямки вещмешка на правом плече, показал увольнительную бойцу что на входе стоял, тот и сообщил мне эту новость.
- Чёрт!
Развернувшись я рванул в сторону дальней посадки, машину-то убрал ранее, светить ею не хотел, так что на своих двоих. Пять километров не запыхавшись отмотал, там за посадкой достал «У-2», на «Шторьхе» по советским тылам летать опасно, надел вместо пилотки шлемофон, и со второго раза запустив движок, дёргая за винт, сел в кабину и вскоре, подавшись в небо, на высоте двухсот метров потянул в сторону Смоленска, забирать в казармах мне ничего не нужно, всё своё ношу при себе. Точнее в Хранилище, так что и оружие, и всё снаряжение, так итак при мне. Летал я вдоль железки, часто видя эшелоны, что туда или обратно проскакивали. Летел на скорости ста двадцати километров в час. Знаете, я бы пролетел мимо, но засёк крупную массу войск, и там ауры знакомых бойцов из нашей дивизии, сделав круг над дивизией, похоже она тут в двадцати километрах от Смоленска сосредотачивалась, и чтобы не демаскировать её, отлетел в сторону и сел на опушке с другой стороны. Самолёт убрал, всё снаряжение на себя, подсумки, гранатную, скатку, каску на голову, вещмешок за спину, винтовка на боку висит, всё на месте, я проверил, даже сухарная сумка, хотя их не используют с сорокового года, ну и побежал на прямую через лес к дивизии, тут километра четыре. Так и добрался до штаба, совершено спокойно прошёл охрану, те меня за своего приняли, и прошёл в штабную палатку, где вытянувшись, бросив руку к виску, доложил комдиву, что удивлённо обернулся ко мне от стола с картами:
- Товарищ полковник, красноармеец Туманов вернулся из увольнительной.
В штабе дивизии мне выдали увольнительную, сюда и вернулся. До окончания срока оставалось двадцать минут. Успел.
- Ну вернулся и вернулся, - буркнул тот, возвращаясь к картам. - Оформите его.
- Товарищ полковник, благодаря вам я семью успел на отдых на море свозить, вот привёз вам рыбки черноморской. Вяленой, - поднёс я и передал одному из командиров полный сидор с рыбой, взяли ни говоря ни слова. Кажется, этот лейтенант адъютант комдива.
