Поиск ничего не дал. Две группы рванули по адресам: к жилому дому и к больнице, где лежала супруга Туманова. И ничего. В доме устраивалась семья беженцев, крупный чиновник из Минска с пятью детьми, супругой и старушкой-матерью, а в больнице выяснилось, что Ольга Туманова выписалась, её забрал муж. Трёх пропавших сотрудников так и не обнаружили, как и тех, кто работал на Туманова, голос никто не опознал.
К вечеру к зданию на Лубянке стянули значительные силы, противотанковые орудия, на крышах домов занимал позиции осназ с бутылками зажигательной смеси. Ночь ожидалась беспокойная: на что был способен Туманов, в городе многие представляли очень хорошо и по отчётам, и по его действиям в Смоленске.
Ну а что, я призвал в стене двух големов, деактивировав их в углу кабинета, вот и получился проём, через который я выбрался. Потом добежал до угла ближайшей улицы, не обращая внимания на шокированных прохожих. Там завернул во двор (Взор показал, что он пуст), достал эмку и погнал к больнице. Еле успел до прибытия сотрудников госбезопасности. Супругу с малышом отправил в Хранилище.
С жильцами помогла адвокат – та, что нашла нам этот дом и арендатора для второго. У неё как раз солидный клиент появился, так что составили договор, и тот отправился с семьёй обживать дом. Живность он тоже брал в аренду, мог использовать, но при сдаче дома обязан возместить, все курочки и хрюшки были перечислены. Картошку сами выкопают. Я, заехав в Ксюшину школу, забрал её документы, сообщив, что учиться та дальше не будет, и покатил к выезду из города.
Едва успел его покинуть: в городе вводили военное положение, выезды закрыли. Похоже, изрядно струхнули работники Лубянки. А что, я к ним не лез, чего от меня ждать, они прекрасно и сами знали. Решили проверить и вскрыть мои связи, вот и пусть побегают как наскипидаренные. А что касается диверсанта, то, как он выглядит, известно, Хацкилевич в городе, я его в здании Генштаба видел, уже генерал-лейтенанта получил, опознает. Пусть ищут. Допросят, узнают подробности. Вот это как раз их работа, а не со мной в игры играть.
Ехал я весь день, а как стемнело, достал связной «мессер» и полетел в сторону Сочи. Байка про Бразилию байкой и осталась, хотя я об этом серьёзно задумался. За ночь, с дозаправкой, я добрался до Сочи, сел не так и далеко, уже утром добрался до города, объехав пост на въезде, и нашёл дом, большой такой, с двумя этажами. Хозяев нет, но была прислуга, дом сдавался с разрешения хозяев. Я арендовал дом на четырнадцать дней, после чего, отъехав на машине, вернулся уже с супругами.
Ольга с Ксюшей, конечно, были в шоке: для них миг, моргнули – и уже на море. Однако сёстры быстро освоились и начали обустраиваться в своих комнатах. Я буду жить в одной комнате с Ксюшей, оттуда открывался восхитительный вид на море. Наняли няню для малыша, чтобы она за ним присматривала, после чего девчата большей частью отдыхали на берегу. Ксюша купалась, а Ольге пока нельзя, загорала на берегу. Малыш спал в детской люльке. Мне наконец доверили подержать его на руках, после чего забрали и больше не давали.
В нашей с Ксюшей комнате я поставил телевизор, чтобы смотреть фильмы, и сёстры решили повторно посмотреть фильм «Девчата».
– А, про воровку?
– Она не воровка! – одновременно возмутились сёстры.
– По чужим тумбочкам шарит, значит, воровка. Ну, или крыса. Ладно бы семья, как у нас с вами, всё общее, а тут совершенно чужие люди. Сразу показала, кто она есть. Хотя крыса у своих тащит, а тут чужие. Неправ я, просто воровка она. Интересно, что за детдом такое воспитание даёт? У нас бы ей хорошую тёмную устроили.
Так, слегка переругиваясь, поскольку у каждого было своё мнение, мы и устроились смотреть вечером фильм. Старались, чтобы прислуга не засекла. Они о нас заботились: повар, горничная, няня. Я всё свободное время проводил на пляже, он практически пустой был, из-за войны отдыхающих в городе было мало. Мишку приносили Ольге, и она кормила его грудью.
Девчата, узнав, что у меня и для малышей много чего есть, тут же потребовали показать и закопались во всех этих распашонках, игрушках, памперсах, одёжках, радостно повизгивая и показывая друг другу, что им особенно понравилось. Даже люлька была из тысяча девятьсот восемьдесят восьмого, прикупил по случаю несколько штук, и коляска для прогулок. Так что сын ни в чём не нуждался. Правда, крикливым оказался, мощные лёгкие и глотка выдавали такие вопли, что будили даже соседей. Но кричал он, когда проголодается.
А я продолжал качать Взор, Хранилище, да и големов с Исцелением. А однажды предложил жёнам купить тут дом (документы у обеих были при себе), и мы озаботились этим.
