Война закончилась, а значит, жизнь Гарри должна стать нормальной, верно? К сожалению, в его жизни никогда ничего не бывает нормальным.
Он с трудом продирается сквозь заросли и туман; сам воздух здесь кажется тяжелым и влажным. Ветви цепляются, впиваются в кожу, и когда он втягивает воздух, чтобы закричать, крик застревает в горле и превращается в кашель.
Когда он наконец выходит на открытое пространство, лучше не становится. Оглядевшись, он видит лишь бесконечный туман и причудливо искореженное окаменелое дерево. Где он?
Медленно осматриваясь, он пытается сориентироваться, понять, где находится и где могут быть другие люди. Ведь он не один в этом страшном месте, правда?
Услышав шипение, он поворачивается. К нему, прихрамывая, приближается какая-то фигура. Несмотря на то, что сейчас он был бы рад теплой компании, вот эта ему точно не нравится. Он разворачивается и направляется в противоположном направлении от существа.
Но ландшафт неровный, идти трудно, и фигура постепенно приближается.
Он падает, распластавшись в грязи. Фигура совсем рядом, он со всхлипом переворачивается на спину и пытается отползти назад.
Существо со скрытым капюшоном лицом нависает над ним и шипит:
— Ссспасси меня! Ссспасси меня!
***
Взмокший от пота Гарри сел в постели, ловя ртом воздух и изо всех сил пытаясь выровнять дыхание. Его плечи обмякли, когда он понял, что это был лишь сон.
— Твою мать, — прошептал Гарри, рухнув на спину и уставившись на потолок спальни.
Повернув голову, он посмотрел на часы. Три ночи. Минута в минуту, как и всю прошлую неделю.
Гарри со стоном перевернулся на живот, ударив кулаком подушку. Закрыв глаза, он попытался снова заснуть, и, прежде чем отключиться, подумал, что это уже начинает надоедать.
***
— Сейчас всем снятся кошмары, — сказала Гермиона. — Не удивительно, учитывая стресс людей, переживших войну, а также то, что она только закончилась. Я бы удивилась, если бы у тебя их не было.
— Но они ухудшаются, и настолько… реальные, — Гарри вздохнул, глядя в свою чашку. — И так каждую ночь. Как будто кто-то хочет отправить мне сообщение.
— Кто? — спросил Рон с полным ртом бекона.
— Если бы я знал, то разве спрашивал бы вас?
— Твое подсознание может пытаться что-то тебе рассказать ,— предположила Гермиона. — Это возможно.
— Наверное, — Гарри прикоснулся палочкой к краю чашки, подогревая чай. — Просто такое чувство, будто я должен что-то сделать.
— Ну, — произнес Рон, вытирая рот, — если это важно, то скоро ты узнаешь, не так ли?
— Возможно, — расстроено согласился Гарри, вертя в руках тост. — Кажется, что мне стоит лишь протянуть руку, однако коснуться так и не удается. Будто я должен осознать нечто совершенно очевидное, но не осознаю.
— Ну, если это так, в конце концов ты поймешь, я уверена, — сказала Гермиона. Затем прочистила горло: — А теперь, нам нужно обсудить кое-что еще.
Гарри поднял голову.
— Хорошо. Что?
Выпрямившись на стуле, Гермиона посмотрела на Рона.
— Расписание.
Тот застонал.
— Опять ты об этом. Гермиона…
— Лишь мы с Гарри ему следуем! — она указала на прикрепленный к шкафу график работ по хозяйству. — На этой неделе твоя очередь убирать, Рон, и дома бардак. Гарри выполняет свою долю, но ты…
Гарри с улыбкой откинулся на спинку стула. Хорошо, когда в доме есть жильцы, особенно на Гриммо — особняк был мрачен даже в лучшие времена. Однако, время от времени Рон с Гермионой исчезали, и Гарри знал, что в такие моменты их лучше не искать. Тогда в большом доме становилось одиноко. Не то чтобы он возражал, однако было бы неплохо, если бы у него кто-то был. Партнер. Любовник.
— Молли отлично готовит, ты же должен был чему-то научиться! Я не понимаю, почему ты не можешь вносить свою лепту и хоть изредка готовить!
Побагровевший Рон возразил:
— Как раз потому, что мама прекрасный повар! Она избаловала нас. Нам никогда не приходилось готовить самим.
Гермиона фыркнула.
— Я уверена, что Джинни, даже если не занимается этим постоянно, все равно умеет. Так в чем твое оправдание?
— Ладно, но она девушка, поэтому…
Вот черт. Гарри замер.
Рон, не замечая надвигающейся опасности, продолжал:
— Естественно, она должна учиться, потому что в один прекрасный день ей придется готовить для мужа и детей…
— Гарри, — обманчиво мягким тоном произнесла Гермиона, — ты не мог бы оставить нас на минуту?
— Конечно, — сказал Гарри, отодвигая стул. — Пойду, э-м, сделаю кое-что и вернусь, э-э, — он внимательно посмотрел на лицо Гермионы, — через пару часов. Может, схожу в Косой. Да, хорошая идея, — покинув кухню, он тихо закрыл за собой дверь и поспешно рванул к выходу.
Крик раздался, когда он почти достиг входной двери. Вздрогнув, Гарри мысленно пожелал другу удачи и выскользнул на улицу.
Стоял прекрасный весенний день, суббота, и поэтому в Косом было очень людно — что радовало, так как он успел пройти пол-улицы, прежде чем его заметили. Когда начались перешептывания, он быстро зашел в ближайший магазин, «Обскурус», и начал бродить между стеллажами, рассеянно скользя взглядом по названиям книг.
— Вам помочь?… — глаза продавца удивленно расширились: — Мистер Поттер! Это такая честь…
Гарри вздохнул.
— Спасибо. Я просто смотрю… — он осекся. — О, у вас случайно нет книг по толкованию сновидений?
Продавец улыбнулся.
