Более того, даже если истории о его волшебном создании и появлении – всего лишь сказки, подобная реликвия должна была объединить оставшихся рыцарей Артура, дав им цель в жизни.
Сэр Гавейн назвал его священным сокровищем. Как потомок рыцаря Круглого стола, он обязан хранить экскалибур. А может, сам меч в чем-то защищает своих «хранителей». Макс вспомнил, как Каро упоминала несколько странных событий в истории острова.
– Ты ведь говорила, что вторжение мавров на Кирену было сорвано страшной бурей, а нападению французов помешал туман. Скажи, в легенде говорится о чарах меча?
– Мы хотели бы так думать. С тех пор, как экскалибур привезли сюда, Кирена стала непобедимой.
Поддавшись искушению, он провел пальцем по усыпанной драгоценностями рукояти. Рубины отражали огонь факелов, но горели и собственным странным огнем.
– Полагаю, вы не показываете этот меч кому ни попадя.
– Только принесшим клятву «хранителям», чтобы закончить наш ритуал посвящения. Но мы знали, что ты вряд ли присоединишься к нам, если не поймешь важности того, что мы делаем.
И Каро достигла цели, ибо он ясно видел задачи «хранителей». То, что он считал простым отделом министерства, имело куда большее значение: тайное общество храбрых мужчин и женщин, посвятивших себя великой миссии, поклявшихся честью защищать благородные идеалы.
Он и раньше подозревал, что этот остров хранит много тайн. Но, сопровождая Каро сюда, такого он не ожидал.
– Макс… – Каро помедлила и со спокойной убежденностью добавила: – Мы хотим, чтобы ты был с нами.
Макс отвернулся от меча и растерянно провел рукой по волосам. Какими бы особенными ни были цели ордена, он вовсе не был уверен, что хочет посвятить себя будущему, которое вполне может стать повторением его худшего кошмара.
– Я не должен дать ответ прямо сейчас, так?
– Не должен. Мы знаем, что такое решение принять совсем не просто и не легко.
Макс сухо усмехнулся:
– Пожалуй, ты права. Ты просишь меня защищать ваше дело. Посвятить свою жизнь «хранителям».
– Не всю жизнь. Только несколько лет. Ты должен знать, что для благородных людей, прибывших впервые на наш остров и желающих тут поселиться, существуют некоторые условия. Если не считать тех, кому предоставляется убежище, любой знатный человек, который хочет остаться здесь, должен отслужить ордену не менее пяти лет. Таков закон острова.
– А кто следит за его выполнением? Сэр Гавейн?
– Да. Он властен казнить и миловать каждого обитателя Кирены. Закон дает ему эту власть.
– Неужели он способен приговорить к смерти человека, не желающего присоединиться к «хранителям»?
– Нет. Но может изгнать с острова кого угодно, бросить в тюрьму, конфисковать все имущество…
– Значит, если я предпочту остаться здесь, от меня потребуют вступить в орден?
– Да. Но мы считаем службу в ордене своим призванием. А ты сам сказал, что желал получить великую цель своей жизни.
– Это было давно. До войны.
Каро промолчала.
– Я польщен твоей верой в меня, – выговорил наконец Макс. – Это большая честь. Но мне нужно время, чтобы принять столь важное решение. Позволь мне сначала выполнить задание в Берберии.
– Разумеется.
Каро очень хотелось продолжить разговор, но у нее хватило ума и воли сдержаться. По крайней мере Макс не сразу отказался, как она того ожидала. И все же она не слишком надеялась, что он согласится. Успев столько узнать о его прошлом, она легко могла представить, какое усилие ему придется сделать только для того, чтобы участвовать в спасательной экспедиции.
Макс был заблудившимся воином. Странствующим рыцарем, приговорившим себя к эмоциональной ссылке. Она сердцем чувствовала, что из него выйдет истинный «хранитель», но то, чего хотела она, и то, с чем ему приходилось жить, – вещи очень разные.
Для того чтобы посвятить себя делу «хранителей», он должен сначала примириться со своими демонами. А Каро вовсе не была уверена, что это произойдет.
Так или иначе, это его будущее, и решать ему. Она не имеет права подталкивать его к этому решению. И может только надеяться, что, в конце концов, он присоединится к ним по собственной воле.
Два дня спустя Макс натянул поводья жеребца у ворот замка Олуэн, окидывая взглядом грозную крепость. Залитый солнцем замок отливал золотистым цветом и по какой-то прихоти освещения казался почти бесплотным.
Впрочем, может, это просто игра его воображения? Услышав поразительную историю «хранителей» и увидев легендарный меч, доверенный их попечению, он теперь был более склонен верить магии, которой обладает остров.
И уж нисколько не сомневался в чарах своей возлюбленной.
Он и раньше восхищался Каро, ее умением преодолевать препятствия, достойно ответить на вызов, попытками войти в мужской мир медиков. Но теперь, после всего, что он узнал, его восхищение стало безмерным.
С той ночи они с Каро не виделись. Должны были вчера встретиться в гроте, но она прислала записку, сообщая, что доктор Алленби заболел, подхватив простуду, и лежит в жару, так что следующие несколько дней ей придется навещать его пациентов.
