— Потом дам еще.
— Твоя щедрость не знает границ! Но вернись сюда до того, как ты и твои люди пойдете к Мэв Скарлет.
— Я вернусь до этого, — пообещал торговец и лукаво улыбнулся. Потом он взял Шифру за руку и сказал: — Идем, красавица! Посмотрим, как люди придут в восторг от тебя.
И повел ее к ожидавшим у двери носилкам. Он не хотел, чтобы она сейчас, готовая для показа, шла на рынок пешком. Затем сел в носилки сам, и два носильщика быстро понесли их по переполненным народом шумным улицам города. Когда они наконец добрались до рынка рабов, Ленья поспешил к его хозяину. Тот увидел его первым и крикнул:
— Ленья! Ходят слухи, что ты нашел мне драгоценность для сегодняшних торгов. Тебе повезло, мой друг! Если эта девушка такая, как о ней говорят, я продам ее не здесь, на открытых торгах, а в особой комнате. Туда ко мне приходят покупатели гораздо лучше здешних за самым лучшим товаром, — объяснил он.
Подойдя к носилкам, он раздвинул занавески и был изумлен красотой взглянувших на него фиолетовых глаз. Хозяин рынка помог девушке выбраться из носилок, медленно обошел вокруг нее, кивая, и восхищенно сказал:
— Такого прекрасного товара у меня не было уже много лет. Где ты добыл ее? Есть ли там еще такие?
— Вряд ли! — рассмеялся Ленья. — Мы наткнулись на нее, когда она собирала цветы на лугу у опушки леса. Перед этим мы проехали мимо хижины, где живет старая женщина. Шифра сказала, что хижина — ее дом, а женщина ее бабушка.
— Она жила в лесу? — удивился хозяин рынка. — Но она не похожа на женщин лесного народа.
— Должно быть, она родом из Центроземья. Но хижина очень бедная, а значит, старуха, вероятно, переселилась в лес несколько лет назад, потому что ее ферма была куплена или конфискована императором. Шифра говорит, что она сирота. Тебе действительно важно это знать?
— Девственница ли она? — с надеждой спросил хозяин рынка. — Я надеюсь, что, задав этот вопрос, не пожелал слишком многого.
Ленья усмехнулся и ответил:
— Я проверил это сам. Девственная пленка на месте. Зная, как велика цена этой пленки, я не повредил ее.
Хозяин рынка крепко сжал пальцами одну из грудей Шифры. Девушка беззвучно ахнула и отшатнулась от него. Ее глаза расширились от изумления и страха.
Тот фыркнул от смеха и заявил:
— Я хочу тридцать процентов комиссионных.
— Не жадничай! — грубо одернул его Ленья. — Эта девица будет продана за пять минут. И даже эти минуты понадобятся лишь потому, что торговаться за нее будут горячо и по-крупному. Я дам тебе десять процентов.
— Двадцать, — уступил хозяин.
— Пятнадцать, и ни одной монеты больше, — ответил Ленья.
— Согласен! И ты пришел как раз вовремя, потому что закрытые торги в комнате начинаются раньше открытых. Иди со мной, и ты их увидишь. Эту девушку я продам в последнюю очередь, чтобы получить справедливую цену за остальной товар. Но ты не пугайся, кроме нее продаются всего пять рабынь. В наше время трудно найти товар высшего качества.
Ленья проследил за тем, как увели Шифру, потом занял место на закрытых торгах и стал смотреть. Двух девушек быстро продали в Дома удовольствий, третью — богатому вельможе. Ленья почувствовал едва заметное движение у себя за спиной, но не повернулся назад. Продали и двух оставшихся рабынь. После этого хозяин рынка рабов вышел вперед и объявил:
— Господа! Меньше часа назад я получил для продажи девственницу такой несравненной красоты, что пройдет много лет, прежде чем я снова получу такую рабыню. — Он хлопнул в ладоши, и к покупателям вывели Шифру. Ее поставили в центре маленького помоста, и хозяин рынка сказал: — Она молода, господа! Невинная девушка! Редкость!
— И стоит дорого, — донесся голос из группы мужчин.
Кто-то засмеялся, по достоинству оценив замечание.
— Покажи нам без утайки, что предлагаешь! — прозвучал другой голос.
Хозяин рынка кивнул Шифре, поднял руки вверх и расстегнул ее платье. Оно упало к ногам девушки, Шифра медленно и осторожно стала поворачиваться на одном месте, как ее научили. Она слышала шумные вздохи рассматривавших ее покупателей. Мужчины восхищались ее маленькими круглыми грудями и похожими на ягоды сосками, пышными бедрами и округлыми ягодицами.
Хозяин позволил им вдоволь наглядеться, а потом сказал:
— Сколько я могу запросить с вас за это чудо красоты, господа?
Ленья не дыша ждал ответа. Сколько он получит за нее — пять тысяч монет? Шесть?
— Я даю пятьдесят тысяч золотых кубитов, — раздался голос из зала.
— Пятьдесят тысяч, — сказал хозяин рынка так, словно это была всего лишь начальная цена. — Кто предложит шестьдесят? — Он обвел взглядом комнату. — Значит, господа, больше никто не предлагает цену за эту редкостную красавицу?
В комнате стояла тишина. Тогда хозяин опустил свой маленький аукционный молоток:
— Пятьдесят тысяч золотом. Девушка-рабыня Шифра продана нашему всемилостивому и прославленному императору Гаю Просперо за пятьдесят тысяч золотых кубитов. — Молоток с грохотом ударил по столику-подставке. — Продана за пятьдесят тысяч золотых кубитов!
