Повелитель света полностью

– Браво! – воскликнул господин Монбардо, вызвав бурю негодования.

– А что? – возразил Тибюрс. – Прежде всего поищем простые, возможные, естественные объяснения. Не будем отходить от естественного!

И, цитируя одного из своих любимых авторов, он продолжал:

– Я давно уже придерживаюсь того принципа, что если вы исключите невозможное, то, что останется и будет правдой, сколь невероятным оно ни казалось бы. На мой взгляд, «то, что остается», – это две гипотезы: «разбойники» и «Хаткинс». Вторая, будучи менее сложной, должна быть верной.

– Невозможное… – пробормотал Робер. – Кто может наверняка знать, что невозможно, а что естественно?..

– Что до меня, – сказала госпожа Аркедув, – то я, пожалуй, соглашусь с господином Робером. Чувствую, что в его словах есть глубокий смысл.

– А я, я просто хочу, чтобы мне вернули дочь! – простонала, явно уже выбившись из сил, госпожа Летелье.

– Ну так что будем делать? – нетерпеливо спросил господин Монбардо.

Тибюрс, изучая расписание судов, заявил:

– Я отправляюсь вслед за Хаткинсом! Ближайший пароход отходит завтра вечером. Утром я вас оставлю.

– Робер, Максим, что будете делать вы? – спросил господин Летелье.

– Думать, – промолвил Робер.

– Ждать, – сказал Максим. – Ждать требований разбойников.

– А вы, мсье?

Герцог д’Аньес ответил:

– А я вместе с моим инженером займусь конструированием аэропланов – столь быстрых и прочных, сколь это возможно… парусных судов, пригодных для охоты на воздушных пиратов.

– Ах! – воскликнул Максим. – Ты мыслишь так же, как и я!

– А что, займитесь, мсье, – поддержал его Робер. – Это может оказаться делом не таким уж и бесполезным.

– Хаткинс, говорю же вам! – повторял Тибюрс.

– Да вы рехнулись, не иначе! – грубо одернула его госпожа Аркедув.

Тем временем господин Гаран подошел к мсье Летелье:

– Прошу вас: забудьте то, что я здесь сказал… Быть искренним – мой долг.

– Я на вас не сержусь, – ответил господин Летелье. – Вы высказали свое мнение со всей откровенностью, да и, в конце концов, должен признать, у вас достаточно оснований думать именно так. Скажу вам только вот что: мой сын и мой секретарь – вне подозрений. Вы просто этого не знали.

Отчет господина Летелье об этом вечере завершается так:

«По окончании собрания я увидел, как господин д’Аньес подошел к Роберу. Молодые люди обменялись несколькими словами и разошлись, крепко пожав друг другу руки. Те, кто был в курсе ситуации, поняли, что герцог дал своему скромному сопернику понять, сколь абсурдными, на его взгляд, являются намеки инспектора. Затем, должно быть, они договорились сделать все возможное для возвращения Марии-Терезы, один – с помощью своих знаний, другой – с помощью своего богатства, но оба – не беспокоясь о будущем».

Господин Гаран, чья спальня соседствовала с комнатой Тибюрса, рано утром был разбужен доносившимся из нее глухим и ритмичным шумом и размеренными восклицаниями. Он вошел бесцеремонно, облаченный в ночную рубашку, и обнаружил шерлокиста, предававшегося некоей гимнастической пантомиме, предназначенной для поддержания гибкости тела и силы мышц.

Завидев его, Тибюрс, который был в чем мать родила, повернулся спиной и продолжил свои размеренные движения. Они попрощались со всеми еще вечером, так как их поезд уходил утром и автомобиль господина Летелье должен был быть подан к пяти утра, чтобы доставить их в Кюлоз.

– Ну как, коллега, – сказал Гаран, – все еще намерены преследовать господина Хаткинса?

Тибюрс старательно закончил серию вращательных движений торсом:

– Как никогда!

– Вы ведь и сами знаете, что в этом нет никакого смысла.

Тибюрс налил воды в таз и принялся барахтаться, как того требовали правила.

– Можете считать, что я действую по наитию, – ответил он спустя мгновение.

Инспектор обвел взором комнату. Продуманный беспорядок (а-ля Шерлок) казался самым настоящим хаосом. В воздухе ощущался затхлый аромат английского табака «Нэви Кат». Прятавшийся в усах рот господина Грана и глаза под изогнутыми домиком бровями тронула улыбка.

– Уверяю вас: ваш метод никуда не годится, – заявил он. – Вам не хватает опыта.

– Значит, это будет хорошей школой, – холодно ответил Тибюрс. – Я уже все для себя решил.

– Мало того что ваши обвинения опровергает сам характер господина Хаткинса, – возразил инспектор, – так еще и его отъезд, случившийся до похищения, доказывает, что даже если он и был исполнителем или заказчиком данного преступления, то по крайней мере трое исчезнувших находятся не с ним… Или, по-вашему, он приказал запереть их где-нибудь, чтобы заняться ими по возвращении?.. Полноте!..

Но Тибюрс, уже вооружившись мочалкой, растирал кожу, сдержанно посвистывая, словно чистящий рысака английский конюх.

Заметив это, господин Гаран развернулся на пятках и пошел умываться.

Они оказались готовыми в одну и ту же минуту; и Тибюрс, констатировав, что времени у них еще с запасом, сказал механику: