Стоявший на скамеечке Робер, наполовину высунувшись из чердачного окошка, чертил ослепительными пучками света – яркого, как солнечный, и белого, как лунный, – широкие кривые линии то на небе, то на земле. Он направлял снопы света к югу от Мирастеля, пытаясь охватить как можно большее пространство. Прожектор поочередно освещал деревни, горы, леса и замки; казалось, он переносит их изображение на черный экран, словно волшебный фонарь. Но Робер напрасно наклонялся и приподнимал прожектор вместе с его тяжелым штативом, чтобы охватить большую часть горы Коломбье: везде царили покой и тишина. Сарваны уже испарились.
– Вы их видели? – спросил господин Летелье.
– Я потерял слишком много времени, – ответил секретарь. – Пришлось запускать генератор, разжигать… а это не так быстро… Они исчезли, но ничего не сделали.
И, выбившись из сил, он отпустил прожектор, который покачнулся, прошелся лучом по лесам и горам и уставился в пол, ярко освещая террасу.
– Ох! – восклицает Робер. – Посмотрите, господин Летелье!
– Что такое? – говорит Летелье, просовывая голову в окошко.
– Гинкго! Они его срезали!
И действительно: при ацетиленовом освещении господин Летелье увидел, что верхушка гинкго билоба была обрублена.
С высоты своей позиции он заметил укороченный ствол, срез которого походил на тусклый диск.
Сарван разрубил это толстое и твердое, как дуб, дерево одним ударом – одним-единственным ударом секатора, столь четким, быстрым и точным, что гинкго даже не вздрогнуло! – одним-единственным ударом такого секатора, щелканье которого никогда не слышал в лесу ни один лесник; секатора, о котором все уже забыли и который безжалостно прошелся по всем плантациям Бюже!
– Знали, что выбрать! – замечает господин Летелье. – Ах! Мерзавцы! Самое красивое дерево региона! Единственное гинкго!
Но как же они улизнули? Госпожа Аркедув утверждает, что они прибыли со стороны горы и удалились в том же направлении, а это именно тот сектор, который вам не удалось осветить!..
Впрочем, черт возьми! Наш шпиц проследовал за ними до конца сада. Ха! Он их все-таки унюхал! Отважный Флофло!
– Бедный Флофло! – произнес Робер, который выглядел крайне взволнованным.
– Почему «бедный»? Разве они его забрали?.. Вы видели, как они его забрали?
– Нет… Но он так внезапно перестал тявкать…
– Флофло!.. Флофло!.. – прокричал господин Летелье.
Флофло не откликнулся.
Искать его в пугающих сумерках никто не решился. Кухарка всю ночь звала его через приоткрытую форточку… Флофло исчез.
Таким был визит в Мирастель сарванов, которых называли также «летучими людьми», орниантропами или антропорниксами.
Тем временем свидетели происшедшего пребывали в растерянности, и не только из-за быстроты и проворства мародеров, тревожило и воспоминание о порыве ветра, всколыхнувшем листья. Он дул всего секунду, не больше, этот ветер: время одного взмаха крыла… будто это действительно крыло обмахнуло растения… А поскольку разбуженные животные пришли в волнение и утки начали крякать, словно при приближении хищной птицы, безумная «орлиная» гипотеза вновь овладела умами. Тщетно господин Летелье корил себя и напоминал себе, что охотники на орлов, нанятые его свояком, вернулись с пустыми руками, – уже следующим вечером новая поразительная странность заставила его опять содрогнуться от необъяснимого ужаса.
Посещением Мирастеля сарваны не ограничились: побывали они и в деревушке Уш, расположенной чуть выше замка.
Узнав об этом утром, господин Летелье отправился туда вместе с Максимом и Робером. Им показали две грядки капусты и моркови, полностью обобранные загадочными бродягами, и место, из которого еще накануне торчал несуразной формы высокий камень, – теперь от него осталась лишь яма в земле.
– Ничего нового: действуют как по шаблону, – сказал Максим. – Эти господа подражают фантомам! Для пущего эффекта делают вид, что их привлекают редкие, даже бесполезные вещи: менгир, ветка гинкго, померанский шпиц.
Робер скрестил руки на груди.
– По-вашему, капуста и морковь – это бесполезные диковины?.. Вы заметили, с каким остервенением наши враги разоряют с некоторых пор огороды? Заметили, что если прежде они никогда не забирали два идентичных предмета, то теперь уносят с собой все виды овощей?
– Полноте! Это лишь для того, чтобы досадить гражданам! Чтобы заставить их платить более высокую цену за собственное спокойствие!
– Вы видите здесь какие-нибудь следы инструментов? Отпечатки ног? – вопросил господин Летелье. – Лично я – нет.
– Ничего, как всегда, – ответил Робер и добавил: – И все же согласитесь, Максим: когда дело доходит до животных и людей, сарваны становятся еще менее разборчивыми в том, что касается качества, не так ли? Они утаскивают первую попавшуюся женщину, какого-то мужчину, кота и кучу ничего не стоящих кроликов, – за некоторыми, судя по всему, случайными исключениями… Признайте это. Так ведь все и обстоит, если подумать, не правда ли?
– Да, так и есть, – согласился Максим после некоторого размышления.
– А вот и нет! – воскликнул Робер почти радостным тоном. – А вот и нет!
