— Сначала я тоже подумывал о том, чтобы подождать до следующего года. Мне многое нужно освоить, к примеру, я всё ещё слаб в бою, но, Капитан, Вам не кажется, что за эти два месяца произошло слишком много совпадений? Мы преследовали похитителей, а наткнулись на дневник Антигонов. Доставка запечатанного артефакта 2-049 была отложена, но Рэй Бибер не покинул Тинген, и решил усвоить силу прямо в порту. Я пошёл на званый вечер, и тогда же случился инцидент с Ханнасом Винсентом. Когда я направился в библиотеку, то нарвался на члена Ордена Авроры…
— Я не знаю, что значат эти совпадения, но чувствую, что что-то будет, поэтому всеми возможными путями мне нужно стать ещё сильнее.
Клейн воспользовался возможностью, чтобы упомянуть таинственного манипулятора. Подвернувшийся случай был, как нельзя, кстати, ведь, не раскрывая своей силы, он подсказывал Ночным Ястребам, что нужно искать зацепки, и рассматривать ситуацию со всех возможных сторон. Слова, сказанные им в этот момент, покажут его в глазах Ночных Ястребов как проницательного, умного и верного делу человека.
В тот момент, когда Клейн произнес «но», Дэн инстинктивно наклонился вперёд, сложив руки под подбородок.
Он пристально смотрел на него и молчал, раздумывая о том, что сказал парень.
Спустя какое-то время, Капитан поднял голову и спокойно произнёс: «Очень проницательно… возможно, что-то и правда скрывается в тени».
И не дожидаясь ответа, добавил: «Можешь подавать своё прошение».
«Хорошо», - парень улыбнулся.
Он встал и направился к двери, и, как и ожидалось, дойдя до дверного проёма, услышал вполне привычное замечание.
«Постой», - окликнул его Дэн. Он хорошенько обдумал свои слова, прежде чем их произнести: «Хорошенько сформулируй то, что хочешь писать».
—
Сначала Клейн подумал о том, что Дэн предложит не вовлекать в их дела церковь, а вместо этого перейти к восьмой последовательности, и лишь через три года пройти обычную процедуру. Однако, хорошенько поразмыслив, Клейн понял, что это невозможно. Независимо от того, что за прошение подано, Святой Собор досконально изучал человека. Единственное отличие заключалось в том, что в одном случае проверка проще, а во втором – сложнее.
Достигни он восьмой Последовательности в тайне, это могло бы отрицательно отразиться на Ночных Ястребах Тингена.
***
Разобравшись с занятиями, Клейн не спешил спускаться в подземелье, а вместо этого направился в приёмную, находившуюся прямо напротив кабинета Капитана.
В комнате уже было два человека, мужчина и женщина. Мужчине за тридцать, а женщине немного за двадцать. Оба недавно принятые штатские.
Они удивились внезапно появившемуся парню, но, тем не менее, поприветствовали его улыбкой и кивком.
Эти двое с любопытством наблюдали за Потусторонним, с которым им придётся работать.
Клейн не стал с ними разговаривать, решив поскорее сесть за стол и набросать черновой вариант прошения.
Поскольку Клейн уже представлял его в общих чертах, потребовалось около десяти минут, чтобы всё закончить.
Перечитав написанное несколько раз и внеся правки, он уселся за пишущую машинку Акерсон модель 1346 и начал печатать на чистом листе.
Услышав стук клавиш, новые сотрудники переглянулись и встали с места. Они вышли из кабинета и направились к Розанне, что позволило Клейну закончить свою работу в тишине и спокойствии.
«
Вновь сосредоточившись, парень погрузился в текст, продолжая с тем же усердием жать на клавиши.
Как раз к завершению этого процесса, из уборной вышел Леонард Митчелл, застёгивающий на ходу свою рубашку. В его растрёпанных волосах был определённый шарм и сам он выглядел весьма привлекательно для женского взгляда.
«Что пишете?» – произнёс он, оглядев кабинет. Прислонившись к дверному косяку, Полуночный Поэт опёрся на него, сложив руки в карманы.
Его зелёные глаза с интересом смотрели на Клейна.
Нажав последний символ, парень повернулся к коллеге и улыбнулся.
— Прошение.
«Прошение?» – озадаченно переспросил Леонард.
Выхватив лист из каретки, Клейн пробежался по нему взглядом, и, не задумываясь, ответил на вопрос: «Прошение на зелье Восьмой Последовательности».
От его слов Леонард закашлялся. Успокоившись, он спросил:
«Прошение? Парень… всего месяц…»
Клейн держал прошение перед собой, и, проходя мимо Леонарда, он поднял бровь и произнёс: «Да».
Затем, посмотрел ему в глаза и, сдерживая смех, тихо добавил: «Помнится, однажды, кто-то сказал мне, что существуют особенные люди, которые могут делать то, что другим не под силу».
— Такие, как я!
— Такие, как ты!
Леонард потерял дар речи. Он сменил позу, встав прямо и скрестив руки у себя на груди.
Обманчиво тихим голосом Полуночный Поэт поинтересовался у Клейна: «Не слишком ли это рискованно?»
