Повелитель Тайн полностью

«Да! Я могу передвигать Амулет! Ещё я могу издавать звук, используя духовные силы… Так что я могу чего-то достичь в таком состоянии…» – Клейн подлетел к зеркалу и остановился перед ним. Он увидел, что отражается только тонкая золотая пластинка. Кроме неё, Клейн видел только темную комнату и мебель.

После нескольких секунд раздумий, он положил Амулет на кровать и вернулся к зеркалу. Ему хотелось узнать, сможет ли он пройти сквозь зеркало.

Его зрение потемнело. Перспектива зрения внезапно изменилась. Он увидел зеркальную комнату и мебель, которую подчеркивали слабые источники света.

«Я действительно могу войти в зеркало. Но это всего лишь обычный предмет, который не ведет в какой-то таинственный и странный мир…» – Клейн кивнул и «выбрался», снова возвращаясь в свою комнату.

Успех с Пылающим Солнцем придал ему уверенности, поэтому он хотел попробовать взять что-то еще.

Медный свисток мистера Азика!

В тот момент, когда он прикоснулся к древнему и сложному предмету, он почувствовал, как его духовность расширяется и замерзает.

Его иллюзорные глаза превратились в темные горящие языки пламени.

«Такое чувство, что я стал немного сильнее. Моя форма похожа на форму призрака, но не мстительного…» – Клейн спроецировал свою нынешнюю внешность, используя когитацию.

Это была одна из способностей Клоуна.

«Медный свисток мистера Азика поистине очарователен». – Клейн радостно кивнул, заметив, что теперь может поднимать листки бумаги с определенным весом. Он также мог прикоснуться к своим Амулетам.

«Черт, неудача… Я могу взять серебряный ритуальный кинжал, но револьвер слишком тяжел…» – Он, наконец, закончил свои эксперименты с вещами и решил посмотреть, сможет ли использовать какие-либо заклинания в этой форме.

После тестов он пришел к выводу, что может сотворить два заклинания: Бесформенный вой, вызывающий потрясение души его цели, а второе заклинание создавало эффект обморожения.

Клейн был удовлетворен. Он выглянул в окно на залитую солнечным светом улицу.

«Интересно, смогу ли я передвигаться днем в таком состоянии…» – пробормотал он, подплывая к окну.

Затем он осторожно приподнял занавеску, сделав щель и позволив небольшому количеству солнечного света проникнуть сквозь духовный барьер в комнату.

Под лучистым солнечным светом Клейн почувствовал, как его душа закипает. Его силы тоже постепенно истощались.

Он быстро ослабил хватку, позволив занавеске заслонить свет.

«Не могу…» – Клейн на мгновение задумался, а затем перевел взгляд на Амулет Пылающего Солнца.

«Интересно, будет ли эффект таким же с этим амулетом?» – Он подплыл к кровати и попытался схватить тонкий кусочек золота.

Но как только он коснулся амулета, это теплое чистое чувство резко контрастировало с его холодной духовной силой. Это было похоже на внутренний конфликт между огнем и водой.

*ШШШШШШ*

Он отшвырнул золотую пластинку, как будто обжегся.

«Сила медного свистка Мистера Азика не может вселиться в мою душу одновременно с Амулетом Пылающего Солнца…» – Клейн понял это и положил медный свисток на стол. Он почувствовал, как его сила иссякла, а черное пламя в глазах потухло.

«В этом состоянии оба заклинания, которые я могу использовать слабее…» – после еще одного раунда экспериментов Клейн взял Амулет Солнца.

Он вернулся к окну и осторожно отодвинул занавеску.

Солнечный свет только согревал его «тело», но не причинял никакого вреда.

«Неплохо…» – Клейн выдавил смешанную улыбку. Он прошел сквозь духовный барьер и осторожно вылетел из дома с намерением провести еще несколько тестов.

Погода в Тингене к началу сентября стала прохладной, но солнечный свет был еще теплым.

Клейн прошел сквозь духовный барьер на улицу. Он парил в воздухе напротив окна своей спальни, глядя на людей и экипажи, сновавшие туда-сюда по Даффодил-стрит.

Как раз в этот момент появился человек в серой рабочей форме, который внезапно поднял голову и оглянулся.

Клейн запаниковал и хотел спрятаться, но не смог найти подходящего укрытия.

Когда он не нашел ничего, он решил пробраться обратно в комнату. Но в последний момент заметил, что человек лишь мельком посмотрел в сторону его окна, а затем перевел взгляд на пролетающего мимо воробья.

Да, в Тингене летают птицы.