Она поделила кусочек говядины и отправила его в рот, чтобы прожевать. Несмотря на нежное тушение, говядина сохранила свою упругость. Смесь соли, сладкого редиса и острого базилика прекрасно дополняли восхитительный вкус говядины.
— ...
Казалось, она хотела похвалить, но просто не могла остановиться.
Клейн попробовал говядину и почувствовал, что хотя это и было вкусно, но явно не дотягивало до его обычных стандартов. В конце концов, ему не хватало нужных приправ, и он мог использовать лишь их заменители. Поэтому ничего удивительного, что вкус отличался.
Внезапно его сердце заболело за Бенсона и Мелиссу, у которых был такой ограниченный опыт.
Съев кусок говядины, Клейн взял кусок жареной рыбы, которую он посыпал тмином и розмарином. Она была хрустящей снаружи и мягкой внутри. Корочка была идеального золотисто-коричневого цвета, а соль и масло идеально сочетались с ней.
Слегка кивнув, Клейн попробовал кусок тушёного ревеня и нашёл его приемлемым. Так он перебил вкус мяса.
Наконец, он собрался с духом и налил себе миску горохового супа.
Однако увидев, что Бенсон и Мелисса выглядят удовлетворёнными после дегустации, он начал подозревать, что это у него что-то со вкусом. Ему оставалось лишь хорошенько приложиться к имбирному пиву, чтобы избавиться от послевкусия супа.
К концу трапезы все объелись до отвала. На некоторое время они удовлетворённо развались на своих стульях.
Бенсон поднял свою кружку с остатками имбирного пива — у него как раз его осталось на один глоток — и с удовлетворением сказал:
— Давайте ещё раз восхвалим Леди!
— Хвала Леди! — тут же поддержал его Клейн и допил остатки своего имбирного пива.
— Хвала Леди! — Мелисса наконец отправила последний кусочек пирожного к себе в рот, наслаждаясь его вкусом.
Когда Клейн увидел это, он сразу улыбнулся:
— Мелисса, это неправильно. Самое вкусное лучше есть в первую очередь. Таким образом ты в полной мере сможешь насладиться его вкусом. Дегустация такой прекрасной вещи, когда ты уже сыта, уже не принесёт такого удовольствия.
— Нет, это в любом случае чрезвычайно вкусно, — твёрдо и упрямо ответила Мелисса.
Братья и сестра ещё немного весело поболтали, а когда пища немного утрамбовалась, они занялись уборкой.
После того как они занялись делами, пришло время для ревизии. Кто-то занялся бухгалтерской деятельностью и подсчётом средств, а кто-то зарылся в книги и заметки. Времени никто зря не терял.
В одиннадцать вечера они погасили газовую лампу и, умывшись, отправились спать.
***
Клейн почувствовал слабость, после чего уставился на тьму впереди. Внезапно в поле зрения Клейна показалась фигура в сюртуке и цилиндре. Это был Данн Смит.
— Капитан! — Клейн тут же пришёл в себя и понял, что ему сниться сон.
Серые глаза Данна оставались спокойными, будто он говорил о чем-то банальном.
— Кто-то прокрался в твою комнату. Возьми револьвер и заставь его выйти в коридор. Остальное предоставь нам.
Клейн вздрогнул, но не стал больше ничего спрашивать. Всё, что он сделал, это кивнул и сказал:
— Хорошо.
Сцена у него перед глазами тут же изменилась, взорвавшись множеством красок.
Клейн открыл глаза и осторожно повернул голову. Он посмотрел в сторону окна и увидел худую незнакомую фигуру, которая стояла у его стола и молча в нём рылась.
↑ Отсылка на вымышленного персонажа Хамфри из сериала "Да, министр".
*Тудум!* *Тудум!* *Тудум!*
Сердце Клейна бешено забилось. Это заставило его тело тихонько задрожать.
На мгновение он даже забыл, что ему нужно было сделать. В этот момент фигура человека внезапно замерла. Он слегка навострил уши, как будто прислушиваясь к любым изменениям.
Кровь ударила Клейну в голову, и он вернулся к реальности, восстановив свои когнитивные способности. Он потянулся к деревянной рукояти револьвера под подушкой.
Он весьма быстро успокоился, после чего тихо и медленно поднял револьвер, прицелившись в голову нарушителя.
Честно говоря, он не был уверен, что сможет попасть в голову незнакомца. Хотя он уже мог стабильно попадать в мишень во время практики в тире, но движущийся объект кардинально отличался от неподвижной мишени. Он не был настолько высокомерен, чтобы не отдавать себе в этом отчёта.
Тем не менее он ещё помнил из своей прошлой жизни, что ядерное оружие обладает наибольшей силой, только если его не используют.
Этот принцип прекрасно подходил и для его нынешней ситуации. Пока он не начал стрелять, его револьвер обладал прекрасной сдерживающей силой.
Пока он не нажмёт на курок и не выстрелит, его противник не будет знать, новичок перед ним или же профессиональный стрелок. Его тревоги и страхи ещё больше запутают его, в результате чего он не станет делать резких движений.
