— Да ничего, — синхронно завертели головами подруги.
После ужина в роскошно обставленном доме.
Одри, с разрешения Оселеки привела с собой своего золотистого ретривера Сьюзи в гостиную. Она поприветствовала присутствующих там академиков и разного сорта деятелей науки.
Ее служанка и телохранитель остались за дверью.
В том зале, то ли из-за соображений создания атмосферы, то ли из-за других причин, было темно и мрачно. Из освещения были только скромные свечи, что находились на позолоченных подсвечниках, стоявших на кофейном столике и буфете.
Прежде чем Одри успела хорошенько осмотреться, она вдруг увидела приближающегося к ней джентльмена лет тридцати в сером фраке.
— А вот и владелец роскошного дома, это мистер Стивен Хампрес, успешный торговец мебелью, — представила его длинноволосая спутница Одри.
Она как раз собиралась показать ему членскую карточку Одри, как вдруг Стивен усмехнулся и произнес:
— И в этом вся Оселека. Дай мне хотя-бы попробовать угадать.
У него были аккуратно подстриженные усы и очаровательные темно-карие глаза. Он казался очень добрым и элегантным мужчиной, он скорее походил на университетского лектора, нежели на типичного торговца.
Тщательно рассмотрев Одри, он улыбнулся и сказал: — Оселека только упомянула, что вы ее ученица. Хе-хе, я полагаю, вы очень культурная и благородная леди, и уж точно вы не из тех, кто зациклен только на своей внешности. Вам не приходится беспокоиться о быте или о деньгах… Вы сейчас немного взволнованы, а в жизни крайне любопытны и до очаровательного просты… Вы полни любви… Ну, а также вы, стоит отметить, очень красивы, словно ангел какой-то!
Стивен прижал руку к груди, поклонился и заявил:
— Добро пожаловать, прекрасная Мисс Ангел!
Вы крайне проницательны, чего и стоило ожидать от члена Алхимиков Психологии… Тем не менее, ваши наблюдения скорее подходят для меня прежней… Вы лишь описали фасад, который я с чуткостью выстроила… — приоткрыла Одри рот от удивления.
— Неужели вы знаете меня, мистер Хампрес?
Она тут же стерла со своего лица удивление, так как всякая эмоция мимолетна.
Если кто-то подолгу выдерживал разного рода реакции, то тот, чаще всего, лицедействовал.
Раньше Одри этого не замечала, но как только она стала детальнее приглядываться к остальным, то сразу выявила для себя множество негласных законов и правил.
— Отнюдь, я до сих пор не знаю кто вы. Я вам продемонстрировал верха тех знаний, которые присущи энтузиасту психологических наук, — усмехнулся торговец мебелью.
Его одежда и обстановка вокруг гласит о том, что этот человек сильно заботится обо мнении о нем…
Сапфир на кольце с его левой руки выглядит внушительно, но на самом деле он не столь драгоценный, как того хотел бы его обладатель… Совершенно обычный камень, без какой-
либо мистической подоплеки… Его финансовые дела идут не так хорошо, как он это преподносит… Он тщеславен…
Несмотря на его доброжелательность и инициативность, его ноги расставлены так, словно он нервничает… У него много проблем и он настороже… Цвета его ауры подтверждают это…
Он сделал мне искренний комплемент, но это было совсем не так, как обычно это делает мужчина для женщины… Я вижу следы косметических средств на его лице, а его брови, определенно, подведены чем-то… Его навыки грима уж больно уступают умениям моей Солии, но они куда лучше моих… Одеколон, которым он пользуется, называется, на секундочку, «Путаница», и я улавливала его запах от других женщин и только от них… Да, вероятно, он любит мужчин, и роль, которую он вынужден играть в социуме, ему не нравится…
Несмотря на результаты своего беглого анализа, она состряпала на своем лице выражение завистливой тоски.
— Мне бы очень хотелось быть такой же наблюдательной, как вы, мистер Хэмпрес, — с полными искренности глазами произнесла Одри.
Затем ее представили остальным семи или восьми людям, что находились в том зале.
Все тамошние любители мистики и, по совместительству, психологии, были выходцами из былых аристократических семей, либо прочими детьми богачей. К примеру, среди них был сын человека, что владел крайне популярной в Баклунде сетью универмагов «Филипс».
После краткого обмена любезностями Одри несколько отстранилась и только слушала, о чем беседовали остальные. Она говорила только в тех случаях, когда к ней обращались. Все это время Одри выражала любопытство и легкую зависть.
Во время одной из дискуссий Эскаланте и Хампреса, они упомянули сущности сердца и ума, а также Духовный Мир и феномен коллективного бессознательного. Их мнения часто разнились и порой выражались в необычных точках зрения, что позволило Одри немного понять природу иных вещей и найти для себя ответы на некоторые из вопросов, которые она успела для себя накопить.
Когда дискуссия подошла к концу, а собрание завершилось, Одри и Оселека вышли из дома. «Мисс Ангел» спросила своего преподавателя по психологии:
— Мисс Эскаланте, когда я буду также хороша в психологии, как мистер Хампрес?
Эскаланте едва заметно скривила губы и наклонив голову взглянула на Одри.
— Очень скоро…
