Старина Колер спешил обратно домой, бережно держа в бумажном пакете недавно приобретенную нарезку ветчины.
Он настороженно оглядывался по сторонам, страшась, что его новогоднее лакомство отберут те, которым не так повезло, как ему в канун нового года.
Колер сравнивал таких людей с волками. На настоящих волков он успел насмотреться, еще когда жил в деревне. Однако, подобные ощущения волчьих, охочих до наживы взглядов, хватало и в столице Королевства Лоен.
Все равно вышло очень расточительно… На самом деле, я мог бы поделиться с кем-нибудь, в честь новогодних праздников… Мне хватит и двух кусочков…. Я бы съел их с тушеной картошечкой… Даже соли добавлять не придется… — размышлял Старина Колер, разглядывая ветчину в бумажном пакете.
Белые пятнышки, окропленные аппетитной кровью, заставляли его думать только о том, как бы поскорее ему набить желудок.
По пути домой туман становился все гуще. Часовая башня одного из соборов уже не так явственно различалась на фоне малоэтажных зданий. Даже пешеходы расплывались неразличимыми тенями, стоило отойти от них на десяток шагов.
Почему на улице так дурно пахнет? — Пробормотал он, ускорив шаг и прикрыв нос рукой.
Спустя несколько шагов, переходящих в небольшие перебежки, Старина Колер ощутил жар.
В его груди сжались легкие, а в горле пересохло так сильно, что ему сталось трудно дышать.
Неужто я захворал? Черт возьми, я же только почувствовал себя человеком… Теперь мне придется встречать новый год в больнице… Нет, пожалуй, мне просто нужно отоспаться. Все пройдет, когда я укроюсь теплым одеяльцем! — Буркнул себе под нос Колер, ощущая как его лицо и тело становились все жарче и жарче.
*Урх-уфрх-рурхф*
Услышав собственное тяжелое дыхание, его руки обмякли, выронив пакет с ветчиной на землю.
Старина Колер сразу же припал к земле, чтобы поднять пищу, но в конце концов сам упал вслед за ней.
Лежа в грязи, он хватался за пакет с ветчиной, стараясь во что бы то ни стало не упустить своего.
К его горлу подступила густая мокрота, блокируя путь для и без того удушливого воздуха.
*Стук*
Старина Колер сквозь залитые слезами глаза сумел разглядеть в нескольких шагах от себя еще одного задыхавшегося бедолагу. Он был примерно одного с ним возраста, лет пятидесяти, с седыми бакенбардами.
Внезапно Колер осознал, что он вот-вот умрет.
В его сознании всплыли моменты из былой жизни. Он слышал голос своей жены и видел лица своих детей. Его семья умерла от чумы, а сам он, казалось, шел вслед за ними.
Он невольно вспомнил как лежал в больнице. Тамошние пациенты еще при свете дня болтали за игрой в карты, а к вечеру уже уезжали на каталках в сторону морга.
Он вспомнил о своих друзьях, таких же, как и он сам бродягах, которые умирали в подворотнях по наступлению зимы. А тем, кому «повезло», умудрялись наедаться до смерти.
Он помянул те деньки, когда еще трудился в работном доме, а его соседи лишались жизни по собственной глупости. Кто-то умирал от нескончаемых мигреней, а кто-то по неосторожности на рабочем месте, начисто игнорируя технику безопасности, проваливаясь в котлы с расплавленной сталью. Одни гибли от всевозможных болезней, другие из-за хронических, всплывших из-за стрессовых условий, недугов.
Он не забыл слова одного забулдыги, встреченного им в баре:
«Такие люди, как мы, подобны соломенным чучелам, которые падают на землю, подуй на них сильный ветер. Порой даже ветер никакой не нужен».
Приближается сильный ветер… — вдруг Старине Колеру пришла в голову такая мысль.
Он крепко сжал пакет с ветчиной и нащупал в кармане старой засаленной куртки смятую сигарету, хранившуюся там в качестве напоминания о былой бродяжьей жизни.
Он не понимал, от чего его организм вдруг дал сбой. Почему он рухнул в грязь, словно вся его жизнь дала оборот, вновь окунув его в лужу. Детектив Мориарти, воистину добрый человек, заплатил ему за труды, и Старина Колер с нетерпением ждал окончания того злополучного дня.
Старина выудил из кармана смятую сигарету, и не в силах держать ее в руке, уронил в грязную воду.
Он собрался все свои последние силы, чтобы выкрикнуть все то, что скопилось в нем за эти годы. Однако, все, на что хватило его сил, это лишь два словечка.
— За что? — Вопросил он неведомо кого.
…
В квартире на окраине Восточного района.
Лив вывесила последнюю выстиранную рубаху.
Она взглянула на небо за окном, но так и не сумела определить времени суток из-за внезапно нахлынувшего густого тумана.
В любом случае еще рано… но мы уже закончили… — заключила Лив, с мрачным выражением лица.
Было нехорошо заканчивать работу слишком рано. Да, с одной стороны, это означало, что можно было как следует отдохнуть, но также это сулило недостаток в работе, а в следствии чего и денежных средств.
Лив глубоко вздохнула и взглянула на свою старшую дочь, Фрею, вытиравшая руки стоя у раковины. Девочка нехотя бросала взгляды на словарь, лежавший на кровати ее младшей сестры.
