— Бифштекс на углях, фуа-гра в красном вине, овощной салат… — Даниц пробежал глазами меню и не сдержал вздоха. — Насколько всё лучше на кораблях, которые каждые два-три дня заходят в порты для пополнения запасов. Там изобилие свежей еды. Когда попадаешь на корабль, который плывёт без остановок неделю-другую, остаётся выбор только такой: пиво, вяленое мясо и разные консервы. Такое однообразие, что умом тронешься. Но само море поставляет свежую еду. Хе-хе, ну, тут с головой нужно подходить. Был у нас на корабле матрос, который однажды съел прекрасного лобстера, а потом мучился поносом так, что чуть…
Даниц, как пират, привык уснащать свои рассказы крепкими словечками, но теперь, увидев лицо Воробья, решил выражаться деликатнее.
— Мучился поносом так, что чуть не отвалился зад.
— У меня подозрения, что были другие причины. Хоть у вас и женщина в капитанах, но в экипаже, должно быть, женщин совсем немного. А моряки ваши к тому же подолгу на берег не возвращаются, так что у них ещё и другого рода голод… — насмехался про себя Клейн, потом взял меню и показал, выбрав по цене:
— Всё вот это.
— Хорошо, — отвечал официант, ничуть не меняясь в лице.
В этот миг Клейн заметил, как в столовую зашёл Капитан Элланд и прошёл мимо него, потому просто кратко приветствовал Капитана.
Оглянувшись, увидел, что Даниц уж стоит у окна, словно любуясь видами.
— Капитан вас знает? — спросил Клейн с почти утвердительной интонацией.
Даниц издал какой-то негромкий, безотносительный смешок.
— Мы сходились в бою с его экипажем, когда он был боцманом Вильгельма Пятого. Да вдобавок я тоже довольно знаменитый пират…
Тут Даниц вспомнил, в каких он обстоятельствах, и вдруг ощутил подавленность. А потому сменил тему разговора.
— Всегда задавался вопросом, почему Праведный Элланд так внезапно ушёл из флота. Ведь к тому времени он был уже Арбитром.
— Потустороннему позволили уйти из флота? — Без особых объяснений со стороны Даница Клейн с лёгкостью понял, почему тому это показалось странным.
В команде Ночных Ястребов все вплоть до гражданского личного состава были связаны строгими ограничениями. Даже рядовой уход с должности требовал от них подписки пожизненного договора о неразглашении. Им нельзя было покидать ту зону работы команды, к которой они изначально относились, а когда одобрялся их переезд в другой город, им немедленно нужно было записаться в местную Церковь Вечной Ночи.
По этим правилам было видно, как власть имущие относились к силам Потусторонних и всему с ними связанному. Потусторонний, принявший зелье, не смог бы так легко покинуть их организацию.
Клейн хорошо помнил, что мисс Справедливость изначально располагала средствами и каналами для того, чтобы стать Потусторонней, но не попыталась ими воспользоваться. Объясняла это тем, что не хочет терять свободу.
Мысли обо всëм этом пробежали у него в голове, но не облеклись в слова, поскольку холодно-вежливого Германа Воробья не интересовали такие слухи.
— И что? — спокойно спросил Клейн, глядя на столовую утварь.
— Да ты вообще умеешь разговор поддерживать? — Пылающий Даниц едва заметно выдохнул и натужно улыбнулся.
— Ха-ха, просто странным показалось. Мы все подозревали, что он вступил в МИ9 и использовал свою должность капитана для обследования морских путей.
— Это вероятно… — Клейн взял стакан воды, отхлебнул.
Заказанные им блюда подали одно за другим, по порядку. Ресторан даже добавил в благодарность два бесплатных бокала лёгкого, игристого, золотисто-белого сладкого вина-аперитива.
Клейн замолчал, сосредоточился на вкушении яств и ощутил, что они и вправду куда лучше, чем в столовой второго класса.
Мелодичные напевы скрипок мешались с позвякиванием от лëгких прикосновений ножей и вилок к посуде. Голубая морская ширь за окном тихо зыблилась, всё было словно в раю.
Клейну уже должны были подать десерт, и тут в ресторан с топотом ворвался один из членов экипажа, подбежал к столику, где сидел Элланд.
— Капитан, там пиратский корабль! — крикнул этот человек в полный голос.
Большинство пассажиров были ошарашены, прекратили трапезу.
Клейн поднял взгляд, тёмными ледяными глазами посмотрел на сидящего напротив Даница.
Молниеносный Даниц на миг весь напрягся, а потом горестно улыбнулся. И приглушëнным голосом отвечал:
— Если я скажу, что это никак со мной не связано, вы мне поверите?
Клейн медленно улыбнулся в ответ, у него дёрнулись веки.
— Догадайся.
— Догадайся? Ах ты с…ин сын! — Даниц был в такой ярости, что чуть не выругался.
Но удержал на лице улыбку и проговорил:
— Ваша мудрость позволит вам верно обо всём рассудить.
В эти мгновения Элланд спешно расспрашивал о случившемся. Затем встал и начал увещевать паникующих пассажиров первого класса:
