Остановив свои мысли, Клейн посмотрел на радиопередатчик, который стал мрачным и серьезным.
— Что за полубог был вчера на корабле безумного капитана Коннорса Виктора?
Быстро раздались щелкающие звуки, когда иллюзорная бумага исчезла, выплюнув новую.
Содержимое бумажки было похоже на реалистичную сцену.
На изысканном латунном канделябре пять свечей разной высоты излучали тепло и свет. Мужчина средних лет в треугольной шляпе и черной повязке на глазах стоял около шкафа, в котором хранились виноградное вино, шампанское и текила. Он скромно смотрел вперед.
Напротив него стояла высокая фигура в черном плаще. Его лицо было полностью скрыто под капюшоном.
Казалось, что у фигуры нет настоящей головы, только сгусток сильно искаженной тьмы.
Благодаря портретам из объявлений о наградах Клейн узнал в одноглазом человеке Безумного Капитана Коннорса – его взъерошенные и жирные волосы каскадом спадали вниз, прикрывая его шею.
Как эксперт по маскировке, Клейн считал, что если человек замаскировался и подготовил определенный уровень мер против раскрытия своей личности, то велика вероятность, что он не обратит внимания на маскировку своего телосложения, особенно если тело не имеет особых черт.
Следовательно, это может дать определенное количество подсказок. Это позволит Клейну узнать его при встрече!
— Очень хорошо. Теперь твоя очередь спрашивать, – помня об этом, Клейн перестал внимательно изучать фигуру, ожидая вопроса Арродеса с повышенным интересом.
Ему было любопытно, как Арродес продолжит разрушать свой образ.
Щелкающие звуки замедлились, так как казалось, что он колеблется. Буква за буквой, иллюзорная белая бумага была выплюнута.
«Великий Мастер, могу я вам что-то сказать?»
— Да, – озадаченно ответил Клейн. Он стал с нетерпением ждать, что скажет Арродес.
Звук печатания поспешно нарастал, источая явное ощущение тепла.
На иллюзорной бумаге появилась единственная строка:
«Великий Мастер, с днем рождения!
Это запоздалое поздравление. Ваше нынешнее тело родилось 4 марта 1327 года. Изначально я хотел поздравить вас с днем рождения в полночь того дня, но не успел вас догнать.»
Он получил фрагменты памяти оригинального Клейна и получил часть его эмоций. Он знал день рождения, но для человека, ведущего одинокий образ жизни, зачем ему помнить такие вещи?