– Коста? – Горьковато-сладкие звуки этого имени, сорвавшиеся с губ девушки, сердце которой наполнилось одновременно и надеждой, и сомнением, запорхали, словно птицы, между каменных завитков и изгибов потолка, расположенного очень высоко над ней.
Неохотно оторвав свой взгляд от девушки, Ленья посмотрела туда, куда смотрела она, – смотрела так пристально, что, казалось, ее взгляд выжег в воздухе тонкую полоску через все расстояние, отделяющее ее от объекта ее внимания. Ее взгляд был прикован к молодому человеку, высокому и худощавому. Он был облачен в одежды принца – ослепительно-белого и золотистого цветов. Солнечные лучи, проникающие внутрь через расположенные высоко в стене окна, заставляли его одежды сверкать так, что на него было даже трудно смотреть. На его голове красовалась слегка надвинутая на виски золотая корона цвета сливочного масла с множеством неограненных драгоценных камней выпуклой формы. Имей Ленья чуть меньше жизненного опыта, она, возможно, приняла бы его за ангела.
– Привет, Ямина, – произнес он.
При звуках его голоса девушка наконец пошевелилась и сделала шаг, но не к нему, а назад, от него. Затем, остановившись, она вытянула шею, как будто хотела приблизиться к стоявшему перед ней молодому человеку на два-три дюйма, чтобы получше рассмотреть его. Наконец, собрав все свое мужество, девушка медленно направилась к нему, при этом поворачивая голову то в одну сторону, то в другую, словно пыталась удостовериться, что они здесь одни. Ленья обратила внимание на то, что девушка перестала произносить имя этого юноши.
Молодой человек не двигался: он стоял на одном месте, слегка расставив ноги и держа руки на бедрах.
– Остановись, Ямина.
Услышав голос, принадлежащий кому-то другому, девушка, вздрогнув, замерла на месте.
Ленья повернула голову и стала искать взглядом того, кто произнес эти слова. Это была женщина, вышедшая из полумрака, царившего под противоположной галереей. По своему возрасту она была ближе к Ленье, чем к этой девушке и молодому человеку. Бросались в глаза ее черные как ночь волосы. Она была высокой и стояла выпрямившись, чтобы максимально использовать каждый дюйм того преимущества, которое было заложено в ее высоком росте. В левой руке она держала черную трость, рукоять которой была украшена белой резьбой. Расстояние от нее до Леньи было большим, и потому Ленья не могла ее толком рассмотреть, но когда эта женщина пошла вперед, Ленья все же заметила, что она поглаживает резьбу на трости пальцами правой руки.
Ленья вдруг стала сильно переживать за эту девушку. Хотя та и остановилась, как потребовала от нее неожиданно появившаяся женщина, она даже на секунду не оторвала своего взгляда от лица молодого человека. Она, казалось, смотрела на него с немой мольбой – мольбой к нему и мольбой о нем. Ее ладони были сведены вместе, пальцы переплелись друг с другом, как сцепившиеся в детской драке братья-малыши. Ленья посмотрела на юношу снова и увидела, что он улыбается.
И тут вдруг раздался грохот, порожденный сильным ударом, и эта напряженная сцена прервалась. Девушка резко опустилась на колени и закрыла уши ладонями. Молодой человек поспешно сел на корточки и огляделся по сторонам, выискивая какие-нибудь повреждения в стенах зала и возникшую в связи с ними опасность. Но ни того, ни другого не было, и Ленья, обеспокоенная происшедшим не меньше девушки и юноши, осознала, что, откуда бы ни прилетело каменное ядро, это место наверняка располагалось далеко от огромного помещения, в котором они сейчас находились. Она также заметила, что на высокую женщину раздавшийся грохот не произвел большого впечатления. Она всего лишь слегка пригнула голову, не более того, и тотчас же взяла себя в руки.
– Он симпатичный жених, не так ли? – спросила она.
Ямина, придя в себя, встала и выпрямилась. Отвернувшись от молодого человека (который тоже встал и выпрямился и затем стал поправлять свою одежду с таким видом, как будто это сейчас было самым важным), она посмотрела на Елену. Девушка явно пребывала в состоянии сильного замешательства, и Ленья вдруг с удивлением поймала себя на том, что смотрит на нее, затаив дыхание. Затем, медленно и беззвучно выдохнув, она услышала, как девушка заговорила. Переводя взгляд с женщины на юношу и обратно с таким видом, как будто она терзалась сомнениями, к кому из них ей сейчас следует обратиться, девушка спросила:
– Как такое может быть?
Не успели эти слова сорваться с ее губ, как она снова пошла вперед – пошла очень быстро, едва не переходя на бег. Она все еще держала ладони вместе и, как показалось Ленье, начала плакать.
– Остановись, Ямина, – велела женщина.
Девушка подчинилась и на мгновение засомневалась, но ее желание подойти поближе было, по-видимому, непреодолимым, и, несмотря на настойчивые требования женщины, она снова устремилась вперед. Однако женщина, которая не скрывала ни своей досады, ни раздражения по поводу поведения девушки, действовала весьма проворно и к тому моменту, когда девушка подошла к ним на расстояние в несколько шагов, оказалась рядом с молодым человеком.
