— Ваше высочество, я знаю, что вашими воинами этой ночью был пленён мой близкий друг барон де Сегюр. Я прошу вас в ознаменование вашей победы проявить милосердие и помиловать его.
Ликар нахмурился.
— Он не просто военнопленный, ваше сиятельство, он изменник. Он принёс клятву верности великому альдору и вероломно нарушил её. Более того, он давал её с намерением нарушить. Нам известно о том, что он занимался шпионажем в пользу Сен-Марко.
— Благородный энфер, Марк де Сегюр такой же солдат, как вы и я, — произнёс Жоан. — Каждый из нас на своём месте отдаёт все силы ради защиты своего королевства. Засылать шпионов во вражеский стан — это общая практика в условиях войны. Ваши вассалы так же исполняют свой долг, не гнушаясь приносить клятвы Сен-Марко и нарушая их. Для нас они изменники, для вас — герои. Но война между нами заканчивается, так и не начавшись. Пусть мой отец останется её первой и единственной жертвой. Я от своего имени прошу вас о милости к барону де Сегюру.
Принц склонил голову, Айолин последовал его примеру. Ликар какое-то время смотрел на них с некоторым смущением. Видимо, столь смиренные просьбы от правителя Сен-Марко и его приближённого были для него внове.
— Ладно, ваше величество, — наконец произнёс он, — если этот день останется в нашей истории, как начало периода мира и процветания наших королевств, я не хочу омрачать его, проливая кровь вашего подданного. Я верну вам де Сегюра в целости и сохранности до того, как вы уйдёте.
— Благодарю вас, благородный энфер, — улыбнулся Жоан.
Тот кивнул и взглянул на Айолина.
— Что ж, маркиз. Я жду встречи с вами! Нам будет, о чём вспомнить за чашей вина!
И развернувшись, он помчался дальше.
— А я жду встречи со своей прекрасной женой, — пробормотал Айолин и посмотрел на Жоана. — Отличное начало, ваше величество!
— Всего лишь начало, — вздохнул тот. — У нас ещё много дел, помимо церемониальных. К счастью, отец для своей войны собрал всех верных нам людей. Нам предстоит нелёгкая работа. Придётся очистить королевский двор от сброда, вернуть в казну всё, что он раздал своим клевретам, пересмотреть все принятые им законы. Мне понадобится ваша помощь, мой друг.
— Я весь ваш, мой король, и готов присягнуть вам на верность хоть сейчас, — поклонился Айолин.
— Я верю в вашу преданность без всяких присяг. Вы её уже не раз доказали. Едем. Нас ждёт скорбный путь. Мы возвращаемся, проиграв две войны и потеряв короля.
— Но сохранив войско и честь. К тому же мы возвращаемся с новым королём, и я уверен, что вас, ваше величество, будут встречать цветами и песнями.
Марк приподнялся на койке и смотрел на открывающуюся дверь. Ему казалось, что ничто не может удивить его, но всё же удивился, когда в его камеру вошёл не тюремщик и даже не Деллан, а капитан дворцовой стражи золотоволосый Линдар. Когда-то они были приятелями, и Марк менее всего ожидал увидеть его в столь мрачной обстановке. Впрочем, следом появились и тюремщики. Один внёс помятый латунный таз, в котором стоял глиняный кувшин, а другой — кружку и миску с похлёбкой.
— Мне приказано доставить вас к великому альдору в лагерь за стенами луара, — холодно сверкнув синими глазами, объявил Линдар. — У вас есть время умыться и поесть, но поторопитесь. Я буду ждать вас возле ворот.
— Альдор послал за мной? — озадаченно спросил Марк, наблюдая за тюремщиками, которые поставили то, что принесли, на край койки. — Я полагал, что утром меня ждёт встреча с палачами.
— Это было бы справедливо после того, что вы сделали, — заметил капитан, а потом обернулся к тюремщикам. — Снимите с него ножные кандалы. На руках — оставьте.
Те с готовностью кивнули и зазвенели ключами, чтоб открыть замки на браслетах, а Линдар с гордым видом удалился. Пока надзиратели возились с оковами, а потом Марк смывал с рук и лица засохший слой крови и грязи, он размышлял, что бы это значило. Не собирается ли альдор казнить его публично на глазах своих и чужих воинов, чтоб поднять боевой дух одних и деморализовать других. Однако это было, скорее, в духе Ричарда, и уж в любом случае не вписывалось в правила ведения войны, которых старались придерживаться как в Сен-Марко, так и в луаре.
Наскоро перекусив и запив крепким элем наваристую похлёбку, сваренную явно не на тюремной кухне, он решил, что не имеет смысла гадать о том, что происходит, и, поднявшись, вышел вслед за своими провожатыми. Тюремщики провели его по длинным коридорам подвалов и, когда поднялись наверх, оказалось, что он находится в центральной части дворца альдора. Пройдя мимо сурово поглядывавших на него караульных, он спустился во двор, где его уже ждал Линдар со своими рыцарями. Ему тоже подвели коня и он сел в седло, удивляясь тому, что ему позволяют проехать по улицам города с достоинством, вместо того, чтоб протащить по мостовой за лошадиным хвостом.
