Рубен жестом указал на массивную дверь, ведущую в кабинет. Просторная комната была обставлена сдержанно, но элегантно: стол из тёмного дерева, стеллажи с книгами и свитками, несколько мягких кресел и яркие ткани на окнах. Огромное окно открывало вид на сад, где стройные кипарисы отбрасывали длинные тени.
– Садитесь, Элиэзер. – Рубен указал на кресло, сам заняв место напротив. – Расскажите, как мы можем ускорить выполнение ваших обязанностей и, возможно, снизить риск для города.
После непродолжительного ожидания в кабинете Рубена раздался стук в дверь. Слуга, одетый в строгий черный камзол, вошёл, держа на подносе угощение: изящно нарезанные фрукты, несколько видов орехов и два кубка с охлаждённым гранатовым соком. Он осторожно поставил поднос на стол и поклонился.
– Благодарю, – коротко произнёс Рубен, поднимая руку в знак того, что слуга может удалиться. Тот молча кивнул и скрылся за дверью.
Рубен дождался, пока шаги затихнут, затем поднялся со своего места и решительно подошёл к двери. Открыв её, он негромко, но твёрдо сказал дожидавшимся снаружи:
– Все свободны. Никто не должен входить, пока я не позволю.
Люди обменялись взглядами, но поспешно покинули коридор. Закрыв дверь, Рубен повернулся к Косте и вернулся на своё место за столом.
– Теперь можно говорить. Я не люблю, когда у чужих ушей появляется лишняя работа, – сказал он, пододвигая кубок с соком поближе к Косте.
– Это мудро, – кивнул Костя, принимая угощение. – Разговор у нас действительно серьёзный.
Рубен слегка улыбнулся, подняв свой кубок:
– Тогда начнём.
Костя, немного наклонившись вперёд, начал говорить размеренно, но уверенно:
– Первым делом нужно собрать всех лекарей города. Без исключений. Можно под предлогом распределения финансирования, обсуждения новых методов лечения или санитарных мер. Главное – чтобы они все пришли. Мы должны получить от них сведения о каждом случае заболевания, чтобы понять, насколько всё серьёзно.
Рубен откинулся в кресле, скрестив руки на груди.
– Собрать всех лекарей... звучит просто, но ты знаешь, какие они. У половины наверняка свои секреты и клиенты, о которых они предпочитают не говорить. Особенно если это что-то заразное. Что ты будешь делать, если они начнут скрывать правду?
Костя встретил его взгляд уверенно.
– Поэтому я буду там лично. Их надо убедить, что ситуация касается каждого. Если они начнут врать или замалчивать, эпидемия быстро разберётся с их клиентами. Лекари должны понять, что это вопрос выживания, а не престижа.
Рубен кивнул, признавая разумность довода. Затем, потерев подбородок, сказал:
– Что ещё?
– Параллельно нужно построить карантинный лагерь за городом, – продолжил Костя. – Примерно в километре от стен. Работа должна начаться немедленно, и... – он сделал паузу, чтобы подчеркнуть серьёзность, – стражники по периметру. Ни любопытных, ни лишних глаз.
Рубен задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла.
– Лагерь, говоришь? Ты представляешь, сколько ресурсов на это уйдёт? Вода, пища, палатки, да даже банальная рабочая сила... Ты подумал, как это организовать?
– Начнём с базового, – ответил Костя. – Палатки, запасы воды, охрана. Остальное будем доносить по мере необходимости. Главное – запустить процесс. Если мы потеряем время, завтра будет уже поздно.
Рубен нахмурился.
– А если начнутся слухи? Люди у нас любят болтать. Придётся объяснять, зачем и для кого строится лагерь.
– Пусть думают, что мы строим нечто полезное для города, – предложил Костя. – Например, временный склад или место для торжеств. Но стражников всё равно ставим.
Рубен долго смотрел на него, потом вздохнул.
– Элиезер, твоя решимость впечатляет, но я всё же предложу одну идею. Вместо жесткого карантина сразу в верхней части города, можно ввести временные ограничения: ограничить передвижение между кварталами, усилить гигиену на рынках. Это может выиграть нам время и не вызывать панику.
Костя кивнул.
– Это разумно. Так и сделаем. Но лагерь всё равно нужен.
– Мы устроим конкурс среди лекарей на лучшие предложения по улучшению санитарии в городе. Это привлечёт их всех. Каждый присутствующий получит по одному серебрянику, а победители — по одному золотому. Это не только заинтересует, но и создаст иллюзию соревнования, что позволит скрыть настоящую цель.
– Конкурс? – Рубен хмыкнул, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди. – Ты предлагаешь устроить соревнование среди лекарей? Это звучит… необычно. Особенно для нашей ситуации.
Костя медленно кивнул, пристально глядя на Рубена:
– Да, необычно. Но это привлечёт их всех. Мы дадим понять, что их идеи важны, и за это готовы платить. Один серебряный каждому, кто придёт, и один золотой – лучшим из лучших.
Рубен нахмурился, обхватив подбородок рукой:
– Щедро, слишком щедро. А вдруг никто не придёт? Или, что хуже, кто-то поймёт, что за этим стоит?
Костя склонился вперёд, сжав руки в замок:
– Они придут. Лекари – это не только учёные и целители, но и люди, падкие на признание и награды. Мы обставим всё официально. Совет по улучшению санитарии, инициатива властей. Всё в рамках закона.