Натеза-Састри захохотал смехом безумца, а Джемс Раунд от неожиданности стал косым.
— Этого следовало ожидать, — сказал хладнокровный Холмс, — приведите их всех в чувство и позовите врача.
Холмс вынул изо рта Допкинса тряпку и разбудил его.
— Мы теперь с вами, мистер Допкинс, союзники. Поспешим, — сказал Холмс, — еще не поздно. Я буду не я, если до завтрашнего утра негодяй Рамашандра не будет сидеть в тюрьме.
Еще до наступления сумерек Рамашандра прилетел в Бенарес.
Он тотчас же отправился в рабочую окраину города.
Войдя в узкую и грязную улицу. Рамашандра, оглядываясь по сторонам, пошел по направлению к Гангу.
— Здравствуй, Рамашандра! — послышался знакомый голос.
Рамашандра обернулся.
Перед ним стоял заклинатель змей Хаморами.
— Ах, это ты? Здравствуй, — сказал Рамашандра, дружелюбно улыбаясь.
— Откуда ты, Рамашандра? Я сейчас был у Гонопуры. Там собрались почти все члены комитета. Они очень беспокоятся о тебе.
— Вот как? А я как раз иду туда. Ну, бегу, бегу! Прощай, Хаморами.
Рамашандра повернулся и быстро исчез за поворотом улицы.
Хаморами с минуту постоял на месте. Потом повернулся и пошел своей дорогой.
— Ну, — подумал он, — на этот раз, я, кажется, заработаю хорошие деньги.
Стэнли Холмс и Допкинс, сдав больных на попечение врача, отправились на аэродром.
— В Бенарес, в Бенарес! — шептал Допкинс, сжимая рукоятку револьвера. — Только в Бенарес. Я ни на одну секунду не сомневаюсь, что нахал Рамашандра бежал именно туда. Его проклятая сообщница Шандромуки притягивает его к Бенаресу как магнит…
— Я имел счастье с нею познакомиться, — задумчиво сказал Холмс, — неплохая девчонка. В особенности глаза…
— Что глаза!.. — возразил Допкинс, — руки этой чертовки почище глаз! У меня до сих пор спина ноет от ее мастерского удара!
Гоночный самолет летел как птица. Бенарес приближался.
— Товарищи! — закричал Рамашандра, вбегая в комнату индуса Гонопуры, — нам повезло. Деньги, которых нам сильно не хватало, есть. Вот они. Ровно двести тысяч рупий новенькими кредитками. Ура!!!
С этими словами Рамашандра вывалил на стол, за которым сидели члены комитета, большую и красивую пачку денег.
— Товарищи, — продолжал Рамашандра, — я предлагаю немедленно, не теряя ни минуты отправить эти деньги в распоряжение центрального комитета партии в Бомбей. Согласны ли вы со мной?
— Согласны! Согласны! — раздались голоса. — Да здравствует Рамашандра!
— Итак, товарищи, немедленно же выделите кого-нибудь для этого срочного поручения.
— А теперь мы займемся текущими вопросами. Благодаря приключениям последних дней я здорово отклонился от работы.
Было уже совсем темно, когда Холмс и Допкинс прибыли в Бенарес.
— Сейчас мы пойдем к одному индусу, который уже однажды выдал мне Рамашандру. Он хоть и сволочь, но очень полезный человек и в полицейском деле незаменим, — сказал Допкинс.
В два часа ночи в домик Гонопуры, где все еще продолжалось заседание комитета, вошел Хаморами.
— Рамашандра, — сказал он, еле держась на ногах от усталости, — скорей беги в храм Шивы… Шандромуки умирает от укуса кобры… Она послала меня за тобой…
Рамашандра вскочил со скамьи и схватился за голову.
— Как? Она? Любимая Шандромуки умирает? Нет, этого не может быть! Это ему померещилось!
— Беги! Беги! — торопил его Хаморами. — Ты можешь опоздать. Когда я уходил от нее, она еле дышала.
Не задавая дальнейших вопросов, Рамашандра выбежал как безумный и бросился по улице. Хаморами еле-еле поспевал за ним.
— Скорей! Скорей! — шептал Рамашандра, оставляя за собой несущиеся навстречу дома и улицы. — Скорей! Скорей!
Но вот наконец храм Шивы… Бесконечный двор… И дворик Шандромуки.
Рамашандра рванул дверь и переступил порог. Не успел он сделать и двух шагов, как чьи-то сильные руки охватили его туловище железными тисками. Он напряг мышцы, но освободиться не смог. Он был повален на землю и связан по рукам и ногам. От страшного удара по голове он потерял сознание. Придя в себя, он увидел склонившиеся над ним лица Допкинса и Холмса.
«Ну, на этот раз я пропал», — подумал Рамашандра и снова лишился чувств.
Королев осторожно спускался вниз по каменным ступеням.
Впереди был мрак. Позади чуть светлело отверстие входа.
Вскоре лестница кончилась. Теперь Королев двигался вперед по длинному и узкому коридору, который с каждым шагом все расширялся и расширялся.
Несколько раз Королев брался за коробку спичек, но зажигать огонь было слишком опасно, и он продолжал идти дальше во тьме.
Сколько он времени прошел — было неизвестно. Может быть, пять минут, а может быть, и пять часов. Во всяком случае, дорога показалась Королеву бесконечно длинной. А позади него узкий коридор бесшумно сдвигался, навсегда отрезывая ему путь к отступлению. Сам того не сознавая, Королев очутился в ловушке.
— Ну-с, — думал Королев, — мои приключения приобрели весьма таинственный характер. Я не слишком удивлюсь, если вдруг наткнусь на какую-нибудь фантастическую пещеру, битком набитую драгоценностями, как стальная камера госбанка.
