Засов показался ему слишком тяжёлым. Он остановился перевести дух, и в этот момент раздирающий нутро кашель снова настиг его — Мартин едва успел прикрыть рот платком. Потеряв равновесие, он покачнулся вперёд и упёрся локтем в засов. Тот неожиданно поддался, и дверь распахнулась.
В подвале было темно. Мартин настороженно огляделся, повёл фонариком по сторонам. У дальней стены луч наткнулся на человеческую фигуру, прикованную цепями к стене. Наткнулся и остановился, осветив вампира целиком.
— Ты и есть Мюке? — громко спросил Мартин.
Вампир поднял голову, в свете фонарика блеснули воспалённые глаза с узкими, вытянутыми зрачками. Фрау ван дер Моор не обманула — выглядел он действительно лет на восемнадцать, не больше. Совсем мальчишка. Его даже можно было назвать красивым, если бы не бледная синеватая кожа и нечёсаные, свалявшиеся в колтуны волосы. На щеках багровели следы старых ожогов.
— У меня хороший слух, — сказал вампир. — Я слышал, как шёл торг. Оказывается, моя жизнь стоит не так уж и дорого.
— Но ведь сам ты не собираешься отдавать её задёшево? — Мартин положил фонарь на полку перед собой, порылся в сумке, и в его руках появился осиновый кол, — Ты будешь сопротивляться, ты будешь рвать цепи, рычать и скалить клыки… Так?
Вампир какое-то время молчал.
— Кто ты такой? — спросил он наконец.
— Я охотник на вампиров, — ответил Мартин. — Про детство я, конечно, наврал. Бывают любители охоты на уток, бывают любители охоты на слонов. А я охочусь на вампиров. Я убил тридцать семь вампиров. Ты тридцать восьмой. Ты последний вампир, хотя, наверное, даже не подозреваешь об этом. Я внимательно изучил все объявления в газетах, предложений больше нет.
— Но какая же это охота, если я прикован к стене?
— Не тебе рассуждать о справедливости. — Мартин взвесил в руке осиновый кол и посмотрел на вампира так, что того передёрнуло. — Мне важен результат. Зло должно быть мертво. Всё остальное не важно.
Мартин сделал шаг, другой, третий. Внезапно вампир дёрнулся, натянув цепи, в его глазах вспыхнула ярость.
— Да, — сказал Мартин, — я не ошибся. Ты будешь сражаться до последнего.
Вампир помотал головой.
— Это инстинкт. Вид твоей шеи вызывает слюноотделение. Вы, люди, — наша пища.
— Конечно. — Мартин улыбнулся. — На это я и рассчитывал. Я убил тридцать семь вампиров, и все они до последней секунды тянулись к моей шее. Так любовники тянутся друг к другу. Инстинкт размножения — главный инстинкт. А вы размножаетесь, кусая людей.
Глаза вампира продолжали гореть, но слушал он молча.
— Я убил тридцать семь вампиров, — снова повторил Мартин, — и ни одному из них я не позволил себя укусить. Это действительно несложно сделать, когда вампир прикован к стене. Но ты — последний, и сегодня всё будет иначе.
Мартин отложил кол в сторону и принялся расстёгивать ворот рубашки, внимательно следя за каждым движением вампира.
Тот отшатнулся от человека, испуганно прижался к стене.
— Что ты хочешь? — недоверчиво спросил он.
— Всего один укус, вот здесь, — ответил Мартин, хлопнув себя по шее.
Вампир зажмурился и помотал головой.
— Не отводи глаза. Не отводи глаза, я сказал! Ты укусишь меня, а потом я вобью в тебя кол. Я болен, вампир, неизлечимо болен. Мне осталось месяц, может быть, два. Став вампиром, я излечусь — вампиры не болеют.
Я буду бессмертен. Вот только мне не нужны конкуренты, и поэтому ты сегодня умрёшь. И не ты, а я стану последним вампиром. Ну же, кусай! Если ты всё сделаешь хорошо, я подарю тебе быструю смерть.
— Уходи, — ответил вампир. — Убирайся прочь. Я не сделаю этого.
Мартин рассмеялся:
— Ты боишься? Не стоит. Я всё равно убью тебя, но в первом случае ты умрёшь, зная, что вас больше не осталось, что ты последний. А во втором случае ты умрёшь не зря. Род вампиров будет продолжен.
Мартин медленно, шаг за шагом, двинулся к вампиру. Тот не отрываясь смотрел на человека, и чем дольше он на него смотрел, тем ярче разгорались его глаза, рот приоткрылся… и наконец стали видны клыки.
— Инстинкт размножения, — констатировал Мартин, всё ещё улыбаясь, но голос его казался холодным, как лёд. Он снова хлопнул себя по шее. — Ну же, ведь тебе хочется. Я знаю, хочется. — Он придвинулся к вампиру, тот зарычал, с клыков потекла слюна. — Я знаю, ты всё равно не сможешь удержаться…
Вампир резко оттолкнулся от стены…
— Спокойно, Мюке, — с презрением произнёс Мартин.
Осиновый кол упёрся вампиру в грудь: одно усилие, и он проткнёт сердце.
