— Я отправился к восточным горам. Ходили слухи, что там лет пятьдесят назад видели нескольких диких. Так и оказалось. Я долго наблюдал за ними... Я не мог решиться... Дело не в страхе... В конце концов, если дядя считал, что я способен справиться с такой тварью, значит, так оно и было. Кроме того, я чувствовал уверенность в собственных силах. Это был уже третий по счету экзамен. Но мне не хотелось сражаться. Уничтожать ради прихоти что-то прекрасное — это... неправильно. Я смотрел на их воздушный танец и думал. А потом я заговорил с одним из них. Он был довольно молодым, так что проявил интерес к общению. Правда, когда я рассказал ему о своей проблеме, он хотел сжечь меня. Но я сумел защититься. Тогда, видимо, он сообразил, что проще будет помочь мне, чем пытаться от меня избавиться... Он позволил мне сидеть на своей спине. Когда мы летели на запад, свет отражался в его чешуе, заставляя ее сверкать подобно металлу... Я назвал его Солнцекрыл. Мы приземлились в замковом дворе, я сказал «Спасибо», и дракон полетел обратно.
Лэйкил замолчал.
— А что сказал твой дядя?
— По-моему, — граф усмехнулся, — это был единственный раз, когда Лорд Ролег не назвал меня тупицей, из которого никогда не выйдет толка. Первые два экзамена я, по его мнению, провалил.
— Но ведь... — Дэвид наморщил лоб. — Мне послышалось или это были экзамены на выживаемость?
— Не послышалось. Однако любую проблему можно решать по-разному. Как в последнем случае. Можно было принести дядюшке голову дракона, а можно было прибыть в Тинуэт вместе с драконом и его головой . Первые два раза я действовал... не так хорошо, как мог бы.
— Расскажи.
Лэйкил снова рассмеялся.
— Ну уж, нет. Грех раскрывать карты заранее. Ведь тебя через пару дней ждет такая же практика.
7
...Это было недоброе место. Иссеченные камни, клубки из теней и мертвых растений, хаотическое нагромождение скал, темное небо, где бешеные ветра разрывают башни черных туч, нити молний, вспыхивающие на горизонте... Вокруг, насколько можно было видеть, земля была мертва и безжизненна. Впрочем, глаза могли и обманывать — тяжелые сумерки царили здесь, и в тенях вполне могло таиться что-то живое... что-то живое и недоброе.
Они появились здесь несколько минут назад. За спиной Дэвида громоздился здоровенный рюкзак.
— Мрачное место этот ваш Хеллаэн, — сказал он, поправляя лямку на плече и еще раз оглядываясь по сторонам.
Лэйкил подставил лицо холодному ветру.
— Мои родители жили в Темных Землях, — произнес граф со странной интонацией. — Я здесь родился... Пойдем.
Перепрыгивая через расщелины, карабкаясь по камням, они забрались на вершину скалы. С другой стороны склон оказался куда более ровным и пологим; в какой-то момент Дэвид понял: то, на чем они стоят, — гигантская каменная плита. Один ее край ушел в землю, второй вздыбился ввысь, превратившись в вершину скалы...
Видок, открывавшийся отсюда, живо напомнил Дэвиду все виденные им фильмы про последствия атомной войны. Какая-то сила перепахала все окрестные скалы, перемешав землю и камень, создав глубокие трещины и глухие завалы. В центре всего этого безобразия находилось несколько построек, возведенных человеческими руками... вернее, то, что от этих построек осталось.
Часть стены и башня. Чуть в стороне, под завалом камней, Дэвид, присмотревшись, обнаружил развалины второй башни.
Главной постройки, которую могли бы окружать стены, не было. В центре — все та же мешанина из камней и земли.
— Руку, — сказал Лэйкил. Дэвид протянул ладонь.
Через несколько секунд потоки воздуха окружили их, подняли вверх и понесли над завалами.
Они опустились у сохранившейся башни. Отчасти скрытая грязью и пылью, на земле лежала правая створка ворот. Второй створки не было видно.
— Прежде чем ты пойдешь туда, — немного истории, — сказал Лэйкил. — Я уже рассказывал тебе о войне семей, в ходе которой погибли мои родители, и был разрушен замок, где мы жили...
Дэвид посмотрел в сторону развалин.
— Так это...
— Нет, — покачал головой волшебник. — Это старое логово наших врагов. Тех, на ком лежит... лежала вина за гибель моей семьи.
Он говорил спокойно, почти буднично.
— Дядюшка хорошо постарался... Правда, он был тут не один. Как видишь, от стен мало что сохранилось после того, как осаждающие произвели массированный метеоритный обстрел... Цитадели нет, поскольку в конце осады кто-то додумался устроить под землей каверну, в которую она и провалилась... Правда, все ценное — а в родовом гнезде кен Вертемеров за столетия скопилось немало такого, чем многие хотели бы поживиться, — потом отсюда все равно вынесли... Стены и внутренние коридоры, укрепленные чарами, кстати, остались почти неповрежденными.
— Зачем мы здесь? — спросил Дэвид.
