— Как о каком? О возвращении, значит, дочери вашей...
— Биацка у вас? — удивился король.
— Нет, — вдохнул Родерик. — Принцессы у нас пока нету. Но мы готовы взяться за ее освобождение...
Король снова рассмеялся клокочущим, дребезжащим смехом. Отсмеявшись, сказал:
— Граф Маркман, сделайте милость... объясните... господам наемникам... положение дел.
— Принцесса уже освобождена, — презрительно скривив губы, ответил седоволосый. — И со дня на день должна прибыть обратно во дворец.
— Вот те раз! — От избытка чувств Филлер ударил кулаком по ладони. — Я ж вам говорил: не надо было за арахнидом гоняться, сразу в столицу ехать надо было!
— Да-да-да... — Теперь король улыбался почти дружелюбно. — Ваша помощь, как видите, нам более не нужна и вы можете...
— ...наняться в королевскую армию, которая собирается для войны с герцогом Ратхаром. — закончил граф Маркман. Если судить по тому, с какой непринужденностью он это сделал, «корректировать» решения короля ему было не впервой.
Идея поехать на войну Дэвиду не понравилась категорически. Но...
— Можно и на войну, — согласился Родерик. — Токмо все равно оплату заранее обговорить надобно.
Маркман усмехнулся:
— Получите столько же, сколько и остальные наемники. Не бойтесь, вас не обманут...
— Не, — покачал головой Родерик. — Так мы не согласны. Слишком уж хороший у нас отряд, чтобы его в мясорубку на общих условиях бросать. Надо бы отдельные условия обговорить, особые.
— Особые? — переспросил Маркман. — И чем же вы такие особенные и необыкновенные?.. — Он еще раз пробежался по лицам участников «Последнего союза». — Говорят, среди вас есть колдун. Кто он?
— Я колдун, — сказал Дэвид.
Граф посмотрел ему в глаза. У Дэвида, которому ни граф, ни король не понравились еще с самого начала, этот взгляд вызвал почти необоримое желание применить подчиняющее заклятье.
— И что ты умеешь, колдун?
— Показать?
— Покажи.
— Предупреждаю, — холодно сказал Дэвид. — Я шутить не умею. Либо сразу в ров окунаю, либо вообще ничего не делаю. Что выбираете?
Обстановку слегка разрядил король, снова начавший глупо хихикать. Очевидно, это у него было нервное.
— А ты вот его... хи-хи... — Король ткнул пальцем в ближайшего придворного с бегающими глазками. — Его окуни...
Дэвид пожал плечами. Вытянул руку с перстнем в направлении «жертвы»... человек стремительно поднялся в воздух, пролетел через всю комнату и... внезапно остановился у окна.
«Блин... — подумал Дэвид, представив, что «жертву» надо будет перенести через весь двор, поднять над стеной и бросить вниз с противоположной стороны. — Убьется еще... на таком расстоянии я толком контролировать его полет не смогу, даже вместе с перстнем... обязательно во что-нибудь врежется...»
Поэтому он просто расплел заклятие. Придворный грохнулся на пол у самого окна.
— Жалко, — прокомментировал свои действия Дэвид. — Умрет еще по дороге от страха.
— А говорил — в воду окунешь... — с наигранным разочарованием поцокал языком граф. Впрочем, теперь он говорил совсем другим тоном. Хотя Маркман и старался не выдать своих чувств, было видно, что демонстрация его впечатлила.
— Так он и так уже мокрый, — отпарировал Дэвид.
Граф рассмеялся резким хриплым смехом. Захихикал и король. Было видно, что эта шутка пришлась им по вкусу.
— А ты мне нравишься, колдун, — заявил граф. — Дело свое знаешь, себя ценишь и язык у тебя, вижу, хорошо подвешен. Пойдешь под мою руку? Деньгами не обижу, в золоте купаться будешь, поместье свое будет, земли... Что скажешь?
