Внезапно воскрес в памяти сон-воспоминание. Одно мгновение ему почудилось, что он присутствует сразу в двух временах: и в далеком счастливом будущем, где армия теней побеждена, и там – во власти Черных легионов, где не существует Эльдерланда и нет никакой надежды для детей Среднеземья. Потом оба воспоминания переплелись и стали единым целым. Теперь Ким чувствовал, понимал в своем прозрении, что сам он отныне не принадлежит ни к одному из этих миров и в каждом времени – посторонний.
Он встал на колени. Бережно и очень осторожно приподнял руками голову девочки и убрал солба мокрые волосы.
Веки ее задрожали. Глаза открылись.
– Яди!
Морщина пересекла ее лоб. Взгляд прояснился, и девочка посмотрела на него:
– К-ким?
– О, Яди, зачем ты пришла сюда?
– Я... я...
Она закашлялась. Кровь из ее рта потекла еще сильнее.
– Ты... ты ушел, и... я тоже не захотела остаться. Я хотела... бороться. За свободу... – Она ухватилась за его рукав. – Отец... Мать... они простят меня? – Ее тело сопротивлялось. – Молись...
Она не договорила. Дыхание ее стихло. Ким плакал.
– Я буду молиться за тебя, – прошептал он. – Они простят тебя и вознаградят за то, что ты желала лучшего. Когда-нибудь... – Он больше не мог говорить.
Фабиан оказался рядом. Взглянув, он сразу понял, что произошло.
– Пойдем, – сказал он, положив руку на плечо Киму. – Ей ты уже помочь не можешь. Мы должны идти к сражающимся.
Ким посмотрел на него невидящими от слез глазами.
– Бой – это не выход, – произнес он. – Но теперь я знаю, что нужно делать.
Миновав лабиринты окопов, они дошли до черного, задымленного бункера, где разместился штаб. Там был Владыка Брегорин. Его шлем в виде дракона был запачкан кровью. На Талмонде была куртка из кожи, укрепленная металлическими пластинами. По-видимому, настоящие доспехи еще не были изобретены. Меч эльфийской работы висел у него на поясе. Оба военачальника выглядели уставшими и измученными.
– А, это снова вы, – пробурчал Талмонд. – Хорошо, теперь нам важен каждый воин. А вот малыш... Он едва ли сможет противостоять темным, – продолжал он, взглянув на Кима. – Вы что, попали под огонь?
Ким вздрогнул, когда его назвали «малышом». В голове появились какие-то образы и воспоминания, с которыми пришла также мысль об остальных.
– Где Арандур? И Горбац? – спросил он.
– Высокий Эльфийский Князь отправился на запад, – пояснил Брегорин. – К старинной эльфийской крепости, чтобы защитить наши фланги. А вот больг может появиться здесь в любой момент.
Словно в подтверждение его слов, дверь отворилась, и порыв ветра, несущий с собой зловоние битвы, ворвался внутрь. В дверях стоял Горбац. В темно-красной накидке и шлеме, он был подобен трибуну, если не императору.
– Их становится все больше, – прогремел он. – Я и не думал, что темных эльфов так много.
Он заметил Кима и остальных.
– Значит, вам это удалось. Но где же мой юный друг Альдо? – спросил он.
– В последний раз я видел его на дороге, – искренне ответил Ким. – Он непременно вернется.
Увидев Горбаца, Фабиан обрадовался:
– Ты замечательно потрудился: больги на нашей стороне.
Горбац проворчал:
– Все они последовали за Великим Больгом, как и было предсказано в Зарактроре. Но этого мало. Едва мы разгромим отряд темных эльфов, на его месте тотчас вырастают два новых.
– Вы их не победите, – сказал Ким.
Все с удивлением посмотрели на него. Но он теперь понимал все предельно ясно. В тот миг, когда к Киму вернулась память, стала ясна ему и ошибка их плана. Он объяснил:
– Пока князь Теней властвует над временем, до той поры он может вызывать из него подкрепление. Вы не в силах это изменить и поэтому должны отступить.
Талмонд стукнул себя кулаком в грудь:
– Я не настолько низко пал, чтобы трусливо бежать!
– Но вы, Талмонд Турионский, можете победить его в поединке, – сказал Ким. – Об этом написано в исторических книгах будущего. Вы один и он, на главной башне Черной крепости.
– И при этом погибнуть?
– Весьма вероятно, однако, это единственная возможность.
– Но как проникнуть в крепость? – спросил Брегорин.
– Тем же путем, каким мы бежали оттуда с Фабианом, – объяснил Ким. – По дороге мертвых.
Талмонд подумал несколько секунд. Воцарилось глубокое молчание.
– Пожалуй, я рискну, – согласился он. – Ради моего сына, который еще не родился.
Он крепко сжал рукоять эльфийского меча.
– Мне бы только хотелось иметь оружие получше. А вы, Владыка, – обратился он к Брегорину, – пообещайте мне, если я погибну, выковать меч моему сыну.
– Клянусь,– ответил Брегорин.– Я сделаю это, и он получит меч, когда придет время.
– Тогда позвольте нам идти, – попросил Талмонд.
Тут в разговор вмешался Горбац:
– Идите смело, господин Талмонд. А мы на поле боя постараемся отвлечь внимание князя Теней. И не важно, останемся мы живы или нет.
– Ты еще больше вырос в моих глазах, Горбац, – с восхищением сказал Ким.
– У меня есть приказ, который я должен выполнить, – ответил больг. – Приказ от вышестоящего. На большее больгу рассчитывать нечего.
Молча протянули они друг другу руки.
